Книга Антисваха против василиска, страница 82 – Валентина Елисеева

«Властность, ум, красота — убийственное сочетание для хрупкой (и даже вполне себе крепкой) женской психики», — растеряно думала горе-разведчица, силясь понять, откуда в городской управе взялся такой потрясающий экземпляр магически одарённого индивидуума. Аня уже знала в лицо всех немногочисленных слабеньких магов городка, и этот мужчина не входил в их число. Однако то, что перед ней именно маг, подтверждалось опутывающей его руку голубоватой магией, держащей магическое письмо.

— Не пора ли прекратить меня бояться, Докс? — недовольно поморщился мужчина, заметивший её страх. — Вызывай заместителя и являйся во двор управления — я вылетаю к месту нового преступления фанатиков и беру тебя с собой.

— Опять секта? — ахнула Аня голосом начальника стражи. — Неужели сегодня ночью?!!

— Да, причём на подведомственной нам территории: в поместье моего соседа, граничащем с землями Даймов на востоке. Сообщение пришло только что, я его перехватил, полагая, что ты на ланче.

Земли Даймов — это его земли?!! Нет, она наверняка неверно поняла слова мужчины.

— Я… я вернулся, — ответила Аня на слова брюнетистого мага.

— Мне так и сказали охранники, когда я велел им отправиться за тобой. У тебя четверть часа на сборы, Докс! — нетерпеливо бросил брюнет и вышел.

За ним закрылась дверь, и Аня вспомнила, где видела это властное лицо: в пролистанных ею газетах печатался портрет магистра северных областей страны, и привлекательный брюнет походил на тот портрет, как некогда фотография Ани в паспорте походила на саму Аню: сходство есть, но незнакомого человека по такому фото практически невозможно опознать.

Её всё-таки угораздило столкнуться с Дьяволом Даймом!

«Верно говорят: не так страшен чёрт, как его малюют, — ошарашено подумала Аня. — Или я внезапно перестала разбираться в людях? Не мог же он обрести зловещую репутацию негодяя и жестокого тирана без веских оснований? Но самое ужасное — мои опасения стопроцентно подтвердились: я видела во сне то, что произошло в действительности!»

За несколько минут молодой худой стражник успел добежать от кабинета начальника стражи до таверны «Виноградная гроздь» и передать господину Доксу распоряжение высшего руководства. Докс побелел, бросил салфетку и понёсся к калитке, ведущей во внутренний дворик городского управления. Стражник посмотрел, как в небо взмыли два силуэта, и зашагал к дому, подавленно хмурясь.

Появление у ритуального «алтаря» Имрана Дайма было ожидаемым, и Ригорин сухо приветствовал человека, которого предпочёл бы никогда не видеть.

— Вижу, на этот раз антураж места преступления декорирован в настоящем стиле Василиска, — оглядываясь, заметил Дайм.

— Мягко выражаясь, — проворчал начальник королевской стражи Эзмера, испуганно рассматривая каменные скульптуры в чёрных балахонах, раскиданные по поляне вокруг камня с жертвой.

Скульптуры изображали стоящих на коленях, бегущих и кричащих людей. На каменных ликах застыло выражение неверия и ужаса. Кто-то вскинул руки вверх в тщетной попытке защититься, кто-то сложил их в молитвенном жесте. Всего окаменевших убийц насчитывалось пять человек: два коленопреклонённых у алтаря и трое пытавшихся сбежать. Девушка-жертва тоже окаменела, навеки застыв с клинком в груди, образовав единую жуткую композицию с каменным алтарём.