Книга Когда поёт Флейта Любви, страница 19 – Анна Кривенко

Девушка очень обрадовалась, что он не будет на нее смотреть, поэтому остальная процедура показалась ей не такой уж сложной. Она осторожно наклонилась ближе к его лицу и прикоснулась к тяжелым локонам волос, освобождая от них шею.

Вдруг что-то внутри нее затрепетало. Но впервые не от страха. Это было какое-то новое странное чувство: волнительное и сильное, но очень непонятное. Сильнее застучало сердце, а взгляд сам собою скользнул по чертам необычайно красивого лица. Длинные черные ресницы, нос с небольшой горбинкой, слегка полные губы, овальной формы лицо — все черты парня были гармоничны и пропорциональны. Анита замерла на несколько мгновений, и вдруг индеец открыл глаза. Их взгляды встретились: ее испуганный и его — очень спокойный. Анита густо покраснела и опустила глаза, но платок на ее лице полностью скрыл ее румянец. Однако смущенный взгляд ей скрыть не удалось. Она тут же начала поспешно открывать шкатулку с китайским снадобьем и аккуратно наносить его на рану. Порошок немного щипал, но апач никак не отреагировал. Быстро закончив, девушка отодвинулась от него, чувствуя до сих пор огромную неловкость.

Что это было? Зачем она уставилась на него? Ей стало стыдно.

У него просто необычное лицо — Анита пыталась оправдаться перед самой собой, доказывая себе, что это было простое любопытство. Но сердце не соглашалось. Это не любопытство, это — симпатия!

Девушка поразилась столь неожиданному открытию, но ей стало как-то не по себе. Ей просто не может нравится индеец! Не может!!! Да и вообще, ей любые мужчины не нужны. От них одни только страдания!

Отмахнувшись от этих мыслей, она вышла из вигвама.

Уже к вечеру апач чувствовал себя настолько лучше, что смог самостоятельно сесть. Анита принесла ему немного сушеных фруктов, которые прихватила с собою из дома, и подала воды. Она не смотрела ему в лицо, потому что ей было неловко и немного страшно. Чем больше он выздоравливал, тем сильнее на нее накатывал старый страх. Ей хотелось уже сбежать домой, но она не знала, когда же стоит это сделать.

В какой-то момент она бросила на него беглый взгляд и увидела, что он внимательно рассматривает ее, медленно пожевывая фрукты. У Аниты все внутри похолодело. С чем он смотрит? Может, у него тоже просыпается отвратительная мужская похоть и он рассматривает ее в таком качестве? И хотя в его глазах не было характерного непристойного огонька, девушка чувствовала, что от одного предположения ее начинает колотить паническая дрожь. Она закрыла глаза, чтобы успокоиться, но вдруг из памяти вырвались ужасные и очень реалистичные воспоминания, как однажды Ральф посреди ночи резко напал на нее прямо в ее кровати, и только чудом ей удалось оттолкнуть его и прямо в ночной сорочке убежать в поле. Ей тогда было шестнадцать, но последствия пережитого ужаса оставили такую травму, что любой мужчина на расстоянии двух метров вызывал у нее панический синдром.

Пока индеец был ослаблен болезнью и игнорировал ее, она могла даже прикасаться к нему, но теперь, когда он пошел на поправку и начал к ней присматриваться, прежний ее ужас вернулся с новой силой. Наверное, пора убегать! Он за ней не погонится — не то еще состояние, но ему уже однозначно лучше. Однако…

Снова заговорил голос совести: но ведь он еще точно не в состоянии ходить и, тем более, ехать на коне. Еще хотя бы два дня — и у него появиться возможность вернуться домой. Нужно остаться еще на пару дней.