Книга Драгоценный враг из клана Золотого Дракона, страница 45 – Анна Кривенко

Горгульи кинулись на меня всей сворой, пытаясь разорвать на клочки, но легендарный меч, очевидно, наполненный огромной магической мощью, начал неистово разить нечеловеческую плоть. Почему он, а не я? А потому что мое тело мгновенно подчинилось неведомой силе: с того момента двигалась я непревзойдённо, быстро и умело, словно смертоносный ураган, но управляла этим движением однозначно не я.

Мир вокруг замедлился, или же это я стала невероятно быстрой. Разила, срезала когти, подрезала крылья, вызывала дикий вой в кровожадных созданиях тьмы, а они ни разу так и не смогли меня достать, словно сила моя стала невероятной. На краю сознания пронеслась мысль, что после демонстрации подобного могущества мне не стоит опасаться каких-то там духов земли: Моцзянь без проблем разрубит любого из них на кусочки, а эти кусочки превратятся с бесполезные грязевые кучки.

Отразив очередную атаку обломанных когтей, меч вдруг засветился, а потом стремительно покрылся чёрной дымкой, которая, как яд, начала проникать под кожу горгульям, убивая и без того ослабленные тела.

Еще минута, и я стояла над мертвыми чудовищами, тяжело дыша. С меча капала белесая жидкость, которая была у них вместо крови, и мне совершенно не было их жаль.

После смерти горгульи изменились окончательно, и ничего человеческого в них не осталось. Также начал меркнуть окружающий пейзаж, сменяясь сводами огромной мрачной пещеры. Не стало ручья, неба, и только несколько колючих и довольно корявых кустов с белыми бутонами на ветвях, ютились прямо на камнях где-то в глубине.

Я пораженно подумала о том, что ни одно нормальное растение не могло бы вырасти в пещере, лишенной света. А вот ненормальным в самый раз: обычные законы растительного мира в данном случае неприменимы…

Стряхнув с Моцзяня последние капли, я вернула его в ножны и огляделась.

Лэй Хан лежал поодаль на корявом валуне и постанывал. Похоже, приложило его знатно. Учитывая противный характер заклинателя, хотелось просто развернуться и уйти, чтобы не выслушивать очередные гадости, но совесть заговорила сильнее, требуя хотя бы удостовериться, что он очнулся и сможет идти.

Подошла поближе и присела рядом с ним на корточки. Всколоченные черные волосы были разбросаны по камням. Парень выглядел помятым и бледным, но хотя бы исправно дышал. Пещера прилично освещалась «сияющими» грибами, так что я могла рассмотреть все его черты.

— Эй, мечтатель… — бросила насмешливо, — вставай!

Попыталась похлопать его по щекам, как беспробудного пьяницу, но немного просчиталась: в тот же миг Лэй Хан молниеносно (наверное, инстинктивно) схватил меня за руку и одним движением повалил на пол. Навалился сверху, едва не придушив, впился мне в лицо безумным взглядом и замер.

Я начала ругаться, обзывая его последними словами, потому что теперь отчаянно болело всё тело, встретившееся с каменной крошкой на полу, но потом вгляделась в затуманенные глаза над собой и поняла, что разговаривать пока не с кем: похоже, надышался бравый заклинатель знатно. А может горгулья все-таки успела влить в него своего непонятного винишка?

В общем, глава клана заклинателей был явно не в себе, и я скривилась. Ну что за невезуха! Получается, он даже и не вспомнит, как героически я его спасла??? Ну да, очевидно же, что смотрит на меня и не узнает, потому что глаза сверкают чем угодно, но только не ненавистью.