Книга Гора Мертвецов, страница 66 – Василий Криптонов, Мила Бачурова

— Какая связь? – спросил он. – Петрова с тем. Сорок лет назад.

Тимофей пожал плечами:

— Не знаю. Но очень хотелось бы узнать. Тогда один парень погиб в горах. Он был раздет, несмотря на холод. И, судя по следам, танцевал на снегу. Замерз насмерть. А затем еще несколько человек покончили с собой, теперь я в этом не сомневаюсь. Гибель Сердюкова и Морозова – не несчастные случаи. Эти парни хотели погибнуть. Танцевать не танцевали, но неслись куда-то сломя голову. Свидетелей смерти Лыкова нет, однако не удивлюсь, если и он перед тем, как повеситься, носился по спортзалу.

— Ну. Допустим. А Петров-то при чем? Он тогда еще того. В яйцах у папаши плавал.

Тимофей молчал несколько минут, упрямо вглядываясь в летящую под колеса автомобиля дорогу. Потом сказал:

— Петрова убили. Так же, как тех ребят.

— Как?

— Не знаю. Не могу объяснить. Слишком мало данных, чтобы сформулировать ответ.

— Я думал, ты того. Только фактам доверяешь.

— Именно так. Но я твердо знаю, что возможности подсознания гораздо выше возможностей сознания. Я не из тех, кого можно назвать иррационалом. Поэтому если я чувствую, что дело обстоит так, – значит, так оно и обстоит.

— Маловато для доказательства.

— Знаю. Поэтому наша задача – найти доказательства.

— «Наша»… – проворчал Смуров.

Тимофей его проигнорировал. Он не моргая смотрел перед собой, но, кажется, не видел дороги.

Веронику разбудил телефонный звонок. На то, чтобы произнести привычное «руки-ноги слушают», ее не хватило.

— У.

— Что случилось? У тебя проблемы?

— У-у.

— Чрезвычайно вразумительно. А конкретнее?

— За мной гнались духи с горы Мертвецов.

— Догнали?

— Нет. Саша выстрелил и их спугнул.

— Саша?

— Зубарев, опер. Не притворяйся, что его не помнишь.

— Я его помню. И не притворяюсь. Так что там с духами?

Вероника вздохнула и принялась излагать.

— Забавно, – обронил Тимофей. – Но Зубарев прав – следы на дороге к делу не пришьешь.

— К делу?

— Теперь уже, видимо, да… Так. Если рядом с тобой Зубарев, это во многом облегчает задачу.

— Саша в отпуске.

Тимофей недоуменно замолчал. Вероника буквально услышала, как в его голове завертелись шестеренки – сопоставляя и анализируя информацию.

— Но он ведь уже тебе помогает?

— По доброй воле. Он не обязан это делать.

— Тем не менее делает. И есть все основания полагать, что не прекратит. Ты готова записывать?

— Тиша, блин! Я легла в пять утра. У меня даже глаза еще не открылись!

— Сейчас одиннадцать.

— Твою мать! Это я еще и завтрак пропустила…

— Ты записываешь или мне сбросить задание сообщением?

В момент, когда сошла лавина, его жизнь разделилась на до и после.

Учеба, несданный экзамен по электротехнике – он знал, что когда вернется с победой, экзамен ему поставят. Вожделенная категория. Мечта сделать в марте еще один маршрут. Даже женитьба на Ниночке – все пропало, растворилось в непроглядной пелене. Исчезло где-то далеко, за скрипом снега – он никогда не думал, что снег может скрипеть так страшно. За хрустом костей тех, кто погиб. За их криками.

Когда откапывали Рувима, тот был еще жив.

— Держись, – бормотал Олег. – Держись, дружище! Сейчас, еще чуть-чуть! Мы тебя вытащим!

После Нинель они уже знали, что увидят. Что лежит там, под толщей снега, спрессованного у основания почти до состояния льда.