Книга Короли вкуса, страница 100 – Василий Криптонов, Мила Бачурова

Неон замялся, и Софья, перехватив инициативу, сделала шаг вперед, заставила его попятиться.

— Чего стоит эта ваша «справедливость»? Все, что вы можете, — испражняться в интернете! Знания, таланты, трудолюбие — да кому все это нужно! Достаточно привлечь внимание. И как ты ей поможешь? Утопишь в этом дерьме еще и ее имя?! — Она уже почти кричала, отважно загородив Полину собой.

Полина стояла молча и не двигаясь. Тяжело колотилось сердце, а в голове сделалось пусто и странно. Она не могла понять, к кому хочет прислушаться, чьи слова кажутся ей правдивее. Когда говорил Неон, ее будто обволакивало облако смутной надежды и несло куда-то. А голос Софьи возвращал твердую почву под ноги.

— А вы, прошу прощения, вообще, кто будете? — начал злиться Неон. — Вы родственница?

— Не ваше дело!

— А чье, ваше? Я разговариваю с Полиной, а не с вами. Она взрослый человек, способна сама принимать…

— Да черта с два она — взрослый человек!

— Ну, знаете, по закону…

— Хватит! — выкрикнула Полина.

Софья и Неон замолчали, посмотрели на нее. Софья выглядела виноватой, Неон — растерявшимся. Полина не сразу поняла, почему. Только когда почувствовала, что у нее из глаз текут слезы.

— Прекратите, пожалуйста, — пробормотала она.

Софья подошла к ней, коснулась плеча. Что-то проговорила, стараясь увести прочь. Неон молчал.

И тут вдруг встал со скамейки тот парень в темных очках. Он быстрым шагом приблизился к Неону и отчетливо произнес:

— Не для Сети.

— Что? — встрепенулся Неон.

— Ты забыл сказать, что ролик — не для Сети.

— Я как раз…

— Об этом нужно было сказать сразу.

— Да, я понял.

— Скажи ей, что ролик увидят, кроме нас, максимум два-три человека, этого хватит.

— Два-три человека, ясно.

— Скажи ей…

— Что происходит? — оборвала странный разговор Софья. — Вы еще кто?

Парень обернулся и долго смотрел на Софью — будто пытался понять, как это человеческий голос может раздаваться из пустого места. Потом он снял очки.

— Вы?! — ахнула Полина.

Память на лица у нее была хорошая. Не узнать адвоката, который освободил Загорцева, она не могла.

— Так я не поняла. Кто из вас — Неон? — недоумевала Полина, глядя, как мужчина в черной водолазке устанавливает камеру, а тот, кого она считала Неоном, покорно выслушивает инструкции от парня с усиками.

— «Неон» — это название канала, — сказал бывший адвокат Загорцева.

Они с Полиной сидели рядом на лавочке, Софья стояла неподалеку, явно нервничая. Ей все это не нравилось. Но бывший адвокат, кажется, нервничал еще больше. Выглядел он так, будто за обедом нечаянно проглотил лом и сейчас боится сделать хоть одно лишнее движение — чтобы не нанести внутренним органам непоправимого ущерба.

— И все? — не поверила Полина. — Но Неоном все называют его. — Она показала на красивого парня, который всегда появлялся в роликах.

— Это распространенное явление, я назвал его «синдром Франкенштейна».

— Кого?! — изумилась Полина.

— А кого ты представляешь, когда слышишь имя Франкенштейн?

— Эм… Ну… Монстра?

— Вот именно. Стандартная ассоциация, — кивнул парень. — В то время как Франкенштейном звали создателя этого монстра. У самого монстра не было имени. По изначальному замыслу у ведущего моего блога имени тоже не было. Но когда в комментариях я увидел, что его стали называть Неоном, то понял, что сопротивляться бессмысленно. И просто стал это использовать.