Онлайн книга «Короли вкуса»
|
Вероника посмотрела на часы. Теоретически на концерт она еще успевала. Оставалось понять, чего больше хочется: в клуб или к Тимофею, рассказать о том, как бездарно провалилась попытка взять автограф. Все-таки Тиша есть Тиша. Сейчас как нырнет в Сеть! Как начнет с бешеной скоростью перебирать вкладки — интервью Ильичева, его соцстраницы, слухи, сплетни, домыслы — и за то время, что Вероника вскипятит чайник, поставит звезде диагноз. Причину смерти определит быстрее, чем любые эксперты… Агния, как и обещала, отвела их к служебному лифту. Сказала, что нужно спуститься на первый этаж, а дальше уж они не заблудятся — выход там единственный, ведущий на служебную парковку. После чего распрощалась и убежала. Вероника с Вованом спустились вниз и нужную дверь действительно отыскали без труда. Вышли на улицу, в душный августовский вечер. — …не знаю, малыш, — прозвучало вдруг возле самого уха Вероники. Рядом со служебным входом, под табличкой с перечеркнутой сигаретой стоял полный, невысокий мужчина. Он был одет в джинсы и насквозь пропотевшую футболку с изображенным на груди штурмовиком из «Звездных войн». Мужчина отчаянно жестикулировал зажатой между пальцами сигаретой (Вероника почему-то подумала, что уже не первой) и нервно стряхивал пепел в высокую хромированную урну. Без поварского колпака и белого халата Вероника не сразу узнала Живчика. — …в общем, ничего пока не знаю, — закончил фразу он. На вышедших из дверей Веронику и Вована глянул мельком и тут же отвернулся, перестал обращать на них внимание. — Не ожидал, конечно. Не ожидал… Вован, оказавшись на улице, достал из кармана айкос. От табака он уже пару лет как отказался. Вероника вздохнула: придется ждать. Сюда они приехали на машине Вована, и она рассчитывала, что он подбросит ее до метро. А на ходу Вован не курил. Уверял, что это вредно для здоровья, но Вероника считала, что причина в другом: Вован попросту не умеет делать два дела одновременно. Пришлось топтаться рядом. А заодно волей-неволей слушать разговор Живчика. — Что-что, говоришь? — переспросил тот. — А-а, ну это да-а! Федор — та еще тварь, конечно. Хлебом не корми, дай над людьми поиздеваться. Ему, понятное дело, рейтинг, а мне — каково? Ну да ладно. — Живчик вдруг злорадно рассмеялся. — Еще попляшет у меня этот ублюдок! Ох, попляшет. Думает, небось, что я такой же червяк, как Олежек или эта корова сисястая! А вот хрен там… «Олежек — это, наверное, Олег Корсаков», — вспомнила Вероника имя Красавчика. А «корова сисястая» — Леопардиха. Как он ласково о коллегах, надо же! А на общих фотографиях да на камеру — лыбится, небось… Фу, какой мерзкий. Понятно, конечно, что конкуренция, но все равно. Олежек, кстати, вряд ли себя так ведет, у того по лицу видно, что порядочный парень. Слушать Живчика показалось еще более отвратительным, чем наблюдать за людьми, которые фотографировали мертвого Ильичева. Вероника с нетерпением ждала, пока Вован закончит дымить айкосом и они наконец пойдут к машине. От Живчика сердито отвернулась. И натолкнулась взглядом на выскочившую из дверей служебного входа девушку. Здесь вообще оказалось разве что чуть менее людно, чем у главного входа, народ так и сновал туда-сюда. Девушка привлекла внимание Вероники бледным лицом и отчаянным видом. Она прижимала к уху телефон, но не разговаривала, явно пыталась кому-то дозвониться. |