Книга Короли вкуса, страница 22 – Василий Криптонов, Мила Бачурова

— Рассказывайте, Вероника Витальевна.

— Что?

— Все. Прежде всего, как вы оказались на съемках?

— Благодаря Вова… то есть Володе, моему другу. Который пытался задержать преступника, а вы его в отделение потащили, — уточнила Вероника.

— Ну, допустим, преступника у нас пока нет, — заметил Долинин. — Есть человек, которого с большой натяжкой можно назвать подозреваемым.

— Почему это — с натяжкой?

— Потому что на данный момент все, что есть, это ваши подозрения. А лично я вас, простите, впервые вижу. И у меня нет никаких оснований доверять вашим словам.

— Так проверьте мои слова! — вскипела Вероника. — Долго, что ли? Говорю вам, Ильичев отравлен! И его отравил Жи… то есть, тот участник шоу, который пытался сбежать.

— Он не пытался сбежать.

— Что? — нахмурилась Вероника. — Как это — не пытался?

— Ну вот так. — Долинин пожал плечами.

В кабинете он снял фуражку и китель, остался в форменной рубашке с коротким рукавом. Вытер со лба пот. На вид ему было лет тридцать пять. При ближайшем рассмотрении оказалось, что фуражка скрывала залысины, пока еще не очень заметные, а китель — подступающую полноту. Рубашка над ремнем разошлась, из-под нее выглядывал живот.

— Ваш так называемый подозреваемый уверяет, что никуда уезжать он не собирался. К машине пошел за запасной футболкой — сильно вспотел. И от жары, и на нервной почве. А ему буквально под колеса бросился ваш друг. Разбил фару и начал вопить о наезде на пешехода.

Вероника развела руками:

— Видимо, Володя не успел придумать способ, как еще задержать преступника.

— Да почему преступника-то? — вздохнул Долинин. — Объясните наконец?

Вероника вдруг подумала, что Тимофей с таким кислым выражением лица выслушивает мольбы о помощи в духе: «Я чувствую, что за мной следят! Только вы можете мне помочь!»

— Я случайно услышала, как он говорил по телефону, — начала она.

— Кто — он? — перебил Долинин.

— Ну… — Вероника запнулась. — Тот, другой участник. Который не Корсаков.

— Да вы, я смотрю, настоящая фанатка шоу, — усмехнулся Долинин. — Всех участников наизусть знаете. Наверное, с детства мечтали побывать на съемках?

— Я — нет, — процедила Вероника. — Это моя мама фанатка. Она попросила меня взять автограф у Ильичева.

— То есть присутствовать на съемках самостоятельно ваша мама не захотела?

— Она живет в Энске. Мама — пожилой человек, поездка в Москву для нее — событие из ряда вон.

— Имя, фамилия?

— Чьи?

— Мамины.

— Зачем?

— Вероника Витальевна. — Долинин поднял на нее взгляд, в котором явственно читалось: «до чего ж вы все меня задолбали». — Я, кажется, уже говорил, чья обязанность в этом кабинете — задавать вопросы.

— Да вы о фигне какой-то спрашиваете! — не сдержавшись, возмутилась Вероника. — Я вам говорю, что Ильичева отравили, а вы мне — про маму! Она тут вообще ни при чем, в Москву последний раз выбиралась еще до моего рождения. А этот — по телефону говорил!

— «Этого» зовут Андрей Загорцев, — подсказал Долинин.

— Неважно, — отмахнулась Вероника. — Важно, что он сказал! А он сказал, что Федор — та еще тварь. Что он ему заплатит за все унижения, что он не какой-то там червяк, над которым можно безнаказанно издеваться. И Ильичев — умер. Понимаете? Он умер после того, как съел пирожное, которое приготовил этот ваш Загорцев! Но самое главное даже не это. — Вероника приподнялась над столом. — Ильичев-то уже мертвый, ему все равно. А главное то, что если патруль не успеет вовремя, то может погибнуть еще один человек. Который, в отличие от Ильичева, никому ничего плохого не сделал.