Книга Короли вкуса, страница 62 – Василий Криптонов, Мила Бачурова

— А это что, преступление? — окрысился Загорцев.

— Ответьте, пожалуйста, на вопрос.

— Да, — процедил Загорцев, — я его не заложил. А он за это поделился со мной манитобой.

— Больше Корсаков ни с кем не делился?

— Нет.

— А вы?

— Тоже нет. Да там, кроме нас и Сабины, больше никого и не было. А у Сабины тесто простецкое, она с ним быстро разобралась. Она на декор упор делала.

— Ясно. И что потом случилось с мукой?

— Закончилась. Мы всю использовали.

— А с упаковкой что случилось?

— Она… — Загорцев на мгновение задумался. — Упаковку забрал Олег. Нельзя же было там выбрасывать, вдруг бы кто увидел… Ну, сами понимаете.

— Давайте подведем итог, — кивнул Долинин. — Вы утверждаете, что гражданин Корсаков получил от некоего третьего лица упаковку с мукой марки «Манитоба»…

— Это не марка, а сорт. Вернее даже… Впрочем, неважно. Все правильно, да.

— …после чего использовал эту муку при готовке и поделился ею с вами. Так?

— Так.

— Что ж, благодарю. Допрос окончен.

Долинин выключил запись и улыбнулся как человек, встретивший старого знакомого.

— Сейчас я подготовлю расшифровку, вы ее подпишете и можете идти.

— В смысле — идти? — удивился Загорцев. — Совсем идти? То есть… вы меня отпускаете?

— До окончания следствия не покидайте город; скорее всего, от вас потребуются показания в суде.

— Так, а как же я… — забормотал Загорцев. — Куда же я? У меня и денег…

— Спасибо, — перебил его Тимофей и встал. — Где мы можем подождать?

Долинин пожал плечами.

— Там, у входа, есть стулья. Идемте, провожу, а то дежурный тревогу поднимет.

Возле стойки дежурного оказалось и без того достаточно тревожно. На него, обливаясь слезами, дрожащим голосом кричала юная девушка.

Тимофей не успел вникнуть в суть происходящего — дежурный повернулся к ним. Лицо его озарилось странным выражением: облегчения пополам с недоумением.

— Так вот он, ваш Загорцев! — воскликнул дежурный. И обрадованно ткнул пальцем.

— Здравствуйте. Простите, пожалуйста, вы не могли бы мне помочь?

Дежурный поднял голову и посмотрел на молодую женщину, стоящую перед ним. Лицо показалось знакомым. Видимо, бывала уже тут. В каком только качестве… Впрочем, те, кого приводят в качестве задержанных, редко возвращаются за помощью.

— Что вы хотели?

Она помолчала — как будто вспоминала, чего хотела и хотела ли вообще.

— Я бы хотела написать заявление.

— Пишите, — пожал плечами дежурный и протянул бланк. — А что случилось?

— У нас в подъезде уже третью неделю не горит лампочка.

— Чего? — Капелька пота затекла в глаз, и дежурный, зашипев, принялся его тереть. — Лампочка?

— Да, лампочка. В подъезде. Это вообще закончится когда-нибудь? Такая безалаберность…

— Девушка, вы понимаете, куда пришли? — перебил дежурный. — Тут уголовный розыск.

— Так разыщите тех уголовников, которые должны заниматься благоустройством! Они вообще ничего не боятся, может, хоть вы припугнете.

Дежурный изо всех сил старался смотреть на женщину двумя глазами. Давалось это нелегко. Больше всего на свете хотелось сорваться и наорать. Но что-то было как будто бы не так.

Нет, разумеется, сумасшедшие и скандалистки сюда заходили с завидной регулярностью, однако эта женщина не походила ни на тех, ни на других. Она как будто сама ежесекундно задавалась вопросом: «Господи, что я несу?!»