Книга Испытание прошлым, страница 66 – Оксана Ласовская

— Бывало, - согласилась я. Разумом я понимала, что ему могло стать плохо от духоты, но на душе было неспокойно.

Мы быстро купили мороженое и отправились домой.

Войдя в прохладную квартиру, с облегчением выдохнули. Дети тут же бросились к холодильнику и, достав бутылки с минералкой, стали жадно пить.

— Осторожнее, горло простудите! - предостерегла я, убирая подтаявшее мороженое в морозилку.

Зная, что в такую жару никому не захочется горячего, я быстро приготовила окрошку. Взглянув на часы, с ужасом поняла, что опаздываю к следующему ученику.

Велев детям поесть, я переоделась в лёгкий сарафан, привела в порядок растрёпанные волосы и, попросив соседку присмотреть за ребятами до моего возвращения, выскочила из квартиры.

Софья, моя вторая ученица, была на редкость неприятным ребёнком. Впрочем, чему удивляться: яблочко от яблони недалеко падает. Её мать, Алла, воспитывала дочь одна и с порога дала понять: никаких личных разговоров, никаких чаепитий - только русский язык, ничего лишнего.

Девочка оказалась под стать. Она садилась за стол, прилежно выполняла задания, но смотрела на меня с холодной враждебностью. Её знания и так были вполне удовлетворительными, и я не понимала, зачем им понадобился репетитор.

Приходить сюда я ненавидела. Эти два часа всегда казались каторгой. В отличие от улыбчивой Марины, к Соне я ходила дважды в неделю.

Отбыв положенное, я с облегчением вырвалась на раскалённую улицу. И тут же зазвонил телефон.

— Александра Леонидовна? - узнала я голос классной руководительницы Андрея.

За глаза он называл её Грымзой. И был по-своему прав. Людей, которые постоянно кричат и едва ли не бросаются на детей с кулаками, на пушечный выстрел не стоит подпускать к школе.

— Да, это я.

— Андрей умолял ничего не рассказывать родителям, - неожиданно мягко начала она, - но я считаю своим долгом вас предупредить.

— Что случилось? - похолодела я.

— Сегодня в обед ваш мальчик потерял сознание. Медсестра быстро привела его в чувство, сказала - от жары. Но вы должны были это знать.

— Конечно, - кивнула я, забыв, что она меня не видит. - Спасибо.

Мне внезапно стало холодно. Тревога болезненно кольнула сердце. Что-то не так с нашим сыном… Да, вы не ослышались, я считаю Андрея своим ребёнком и беспокоюсь о нём ничуть не меньше, чем об Ане.

Поймав такси, я попросила водителя гнать что есть мочи.

— Андрей!. - закричала я, едва переступив порог. - Андрей, ты где?

Он выглянул из гостиной.

— Что случилось?

— С тобой всё в порядке? - тревожно спросила я, беря его лицо в ладони и заглядывая в глаза.

— Саш, да отстань! - оттолкнул он меня. - Чего ты от меня хочешь?

— Почему ты скрыл, что в школе падал в обморок? - спросила я прямо.

— А с чего бы я стал тебе что-то рассказывать? - огрызнулся Андрей. - Ты мне не мать!

Его слова впились в сердце острой болью. Я застыла на месте, не в силах вымолвить ни слова. Потом опустилась на стул в прихожей и стала расстёгивать ремешки босоножек, но пальцы дрожали и не слушались. В глазах появились предательские слёзы, и я изо всех сил старалась сдержаться, не желая, чтобы дети видели мою слабость.

Из комнаты вышла Аня. Увидев мои мучения, она молча присела и ловко расстегнула все пряжки.

— Мам, не слушай его! - обняв меня за шею, горячо прошептала дочь. - Потерпи ещё немного, он обязательно привыкнет!