Книга На краю несбывшихся надежд, страница 50 – Оксана Ласовская

— Так, все, ничего не хочу больше слышать! — отрезала Люся. — Забирайте своих зверюг и тряпье и уходите!

С этими словами она шагнула в глубь квартиры и подтолкнула к нам сумку. Одну.

— Не поняла… — растерялась я. — Люся, что это? Где наши вещи?

— Любой труд должен оплачиваться, — каменным голосом ответила соседка. — Я за животными ухаживала, гулять с псом сегодня ходила и, между прочим, кормила их! Так что скажите спасибо, что вещичками отделались, а не деньги платили!

Я отказывалась верить своим ушам и глазам. Люся всегда казалась мне милой, немного застенчивой девушкой. И детишки у нее такие прекрасные… И животных она приютила, и вещи разрешила оставить. И сочувствовала нам еще… И вот те на! Неужели я настолько ошибалась в ней? Неужели никому нельзя верить?

— Ну что вылупились? Проваливайте!

— Дом сумасшедших какой-то… — пробормотал Степка, подхватывая кота на руки и перекидывая сумку через плечо.

— Поговори еще!

— До свидания, Люся, — только и смогла вымолвить я, беря Пушка за ошейник.

В гробовом молчании мы вышли из дома и, только когда он оказался далеко позади, словно отмерли.

— Что за место такое? — поразился Степка. — Ты понимаешь, что она нас натурально ограбила?

— Понимаю, — кивнула я. — Но что мне делать? В милицию идти из-за нескольких кофточек и кастрюлек?

— А что делать тогда?

— Да пусть подавится, если оно ей так нужно, — поморщилась я. — Степ, мне барахло не жалко… Просто… Я не знаю, как теперь верить людям, понимаешь? Мне скоро в каждом будет предатель мерещиться…

— Мир не без добрых людей, — по-взрослому, философски заметил брат. — Возьми, к примеру, Антонину Викторовну. Она не обязана нам помогать, но помогла же. Она хорошая.

— Дай-то Бог, — вздохнула я.

По дороге домой я заскочила в магазин, купила продуктов и даже потратилась на торт, желая отблагодарить женщину. Вернувшись, мы застали хозяйку квартиры у телевизора. Судя по репликам, доносившимся с экрана, там шел очередной мыльный сериал.

— Вернулись! — обрадовалась Антонина Викторовна. — Ой, какие хорошенькие! — умилилась она, увидев Пушка и Рыжика.

Кот Маркиз царственной походкой вышел в прихожую и враждебно уставился на Рыжика, Пушка он словно не заметил. Оба кота встали в стойку и завыли.

— Маркиз! — повысила голос Антонина Викторовна. Кот недовольно взглянул на хозяйку, но выть прекратил. — Это твой новый друг! Ты должен подружиться с ним, понял?

Сердито дернув хвостом, Маркиз удалился, видимо, дав понять таким образом, что ни с кем дружить он не намерен.

— Ничего, привыкнет, — проводила его взглядом Антонина Викторовна.

Рыжик забился под тумбочку и сверкал оттуда своими глазищами. Пушок тоже сидел у моих ног тихо-тихо.

— Боятся, бедняги, — посочувствовала им женщина. — Ребята, а что это у вас вещей так мало! — ахнула она, переведя взгляд на сумку.

Пришлось признаваться и рассказывать хозяйке квартиры про Люсю и ее поступок.

— Ну и ну, — качала головой она. — Просто уму непостижимо!

За разговором мы перебрались на кухню и устроились за столом. Степа, поев и попробовав торт, ушел в комнату, попросив разрешения взять с собой пару книг. Мы с Антониной Викторовной остались вдвоем.

— Ой, Мирочка! — всплеснула руками женщина. — Я совсем забыла! У меня ведь есть чудесная наливка! Будешь?