Книга На краю несбывшихся надежд, страница 79 – Оксана Ласовская

— В таком случае отойдите и не мешайте, или вы хотите, чтобы она прямо здесь родила? — рассердился врач.

Мой организм, словно опомнившись, опять сотрясся от жуткой боли. Взвыв, я обеими руками схватилась за живот, который словно разрывало изнутри. Меня мгновенно переложили на каталку и потащили в корпус.

— Мира, я с тобой! — крикнул вслед Дима, но я уже почти не слышала его, в ушах звенело, голову заволокло туманом.

Все происходящее потом я помнила отрывками. Лица врачей, длинный, очень длинный белый коридор, который, казалось, никогда не кончится. А потом свет ламп, который слепил глаза. И боль, страшная, нестерпимая боль. Она отпускала не больше чем на минуту, а потом возвращалась опять. Промежутки между приступами делались все короче, а сама боль — все сильнее.

Я была в сознании до той минуты, когда утихла боль. А когда все было окончено, погрузилась в глубокий и темный колодец забытья.

Дима метался по коридору, не находя себе места. Миру забрали уже почти три часа назад, но до сих пор не было никаких новостей. В груди все было тревожно сжато, а тут еще Степан звонил каждые двадцать минут и спрашивал одно и то же: «Родила»? Хотелось накричать, нагрубить, но Дима сдерживался, прекрасно понимая, что Степа ни в чем не виноват и они там, дома, переживают не меньше, чем он.

Когда телефон зазвонил в очередной раз, Дима, не глядя на экран и не дожидаясь вопроса, поднес его к уху и рявкнул:

— Нет, Степа, еще не родила! Я позвоню тебе!

— Какой Степа? Кто родил? — услышал он мурлыкающий голос своей «дражайшей» супруги. — Ты вообще где?

— Алена, — Дима скривился так, словно у него разом заболели все зубы. — Что ты хочешь?

— Хочу знать, где находится мой муж в час ночи. По-моему, нормальное желание, нет?

— Нет! Потому что я твой бывший муж! И могу быть там, где мне вздумается!

— Милый, ты пока еще мой муж, я надеюсь, что ты все же одумаешься, до суда еще далеко…

— Не надейся! — отрезал Дима. — Все, если это все, что ты хотела узнать, спокойной ночи.

— Нет, не все! — повысила голос Алена. — Кто там у тебя рожает? Твоя проститутка?

— Не смей! — взорвался мужчина. — Не смей так о ней говорить! Ты и мизинца ее не стоишь!

— Ох, как мы заговорили! — завизжала Алена, теряя самообладание. — А когда-то любимой называл! Да что ты в ней нашел? Ребенка она тебе родит? Так я тоже рожу! Слышишь, я согласна! Приезжай, сегодня же этим займемся!

— Поздно, Алена, — устало вздохнул Дима. — Уже не нужно.

Отключив телефон, он прислонился к стене. Общение с Аленой в последнее время настолько выматывало его, что он старался как можно меньше бывать дома. И ведь купил же ей небольшую, но уютную квартиру, надеясь, что она съедет еще до развода. Но куда там — она жила дома и каждый вечер закатывала ему очередной скандал. В один из которых он имел глупость сказать ей о Мире и о том, что у него скоро будет сын… С тех пор жена стала совершенно невыносимой, постоянно твердила о том, что тоже родит. Вот только правду говорят: не бывает поздно, бывает, уже не надо… Еще год назад ее согласие родить сделало бы его самым счастливым человеком, а сейчас же… Сейчас он прекрасно видел, на что способна Алена, и знал цену всем ее словам и обещаниям.

В коридоре, наконец, появился врач, и Дима кинулся к нему.