Книга А ей и не снилось…, страница 106 – Оксана Ласовская

— А врать в святом месте можно? — поинтересовалась Рита.

— Врать?

— Врать. Ты ушла не от мирской жизни, мама. Ты ушла от нас. А вот мужа своего ты не бросила.

— Ты и это знаешь? — изменилась в лице женщина. — Господи, да откуда?

— Не важно! — отрезала Рита. — Тот, кого я считала родным отцом, был моим отчимом, мне известно о его диагнозе. Как и о том, что у него есть сын!

— Риточка, не суди меня, — мягко попросила мать. — Судить никого нельзя, грешно это. Я спасала вашего отца. Да, не смотри на меня так! Он был для вас отцом, хоть вы ему неродные.

— Почему?

— У него была шизофрения, — грустно ответила женщина. — Сначала в легкой форме… Он ничем не отличался от обычных людей. А когда наступало обострение, я отправляла его на лечение, и все становилось хорошо. Он был замечательным!

В глазах женщины показались слезы, но она сдержала их.

— А потом приступы стали чаще… Виктору провели обследование, мне сообщили, что у него приступообразно-прогредиентная шизофрения.

— Что это значит? — не поняла Рита.

— Приступы учащались, начались личностные изменения. Я испугалась за вас, себя… Не хотела, чтобы Виктор попал в психушку, а бросить его не могла… Любила безумно. В какой-то миг поняла, что устала от этого. Решение пришло в голову неожиданно. И я стала готовиться. Достала новые паспорта — не спрашивай как, я всегда была упорной, — Виктору поменяла только фамилию, боялась, что он не будет отзываться на новое имя. Приобрела дом в Камышино… А потом мы скрылись. Виктор жил в Камышино, я же ушла в монастырь.

— Как все просто, оказывается. И главное, вам ведь повезло. В газетах было полно объявлений о вашей пропаже. Люди могли обратить внимание на появившегося в деревне мужчину… Да, в конце концов, его фотографии были в газетах! Как его не узнали? А тебя?

— Доченька, ты, наверное, плохо помнишь, но Виктор тогда сильно сдал: на лице уже была печать болезни. Ваш отец отличался от того мужчины, фотографии которого вы поместили в газеты. А я… Что я? Мне, наверное, действительно повезло. Здесь не читают газет, не смотрят телевизор. Отдельный мир. И даже если бы кто-то узнал меня, то что? Это мой выбор, никто бы не осудил меня и не выгнал отсюда.

— Мама, как ты могла? — тихо спросила Рита. — Ты знаешь, сколько мы искали вас? Сколько ждали и надеялись, несмотря ни на что!

— Это испытание, которое должно было укрепить ваш дух.

Услышав это, Рита посмотрела на мать как на сумасшедшую.

— Почему Ева не приехала с тобой? — спросила женщина, несмело касаясь руки дочери. — Я бы хотела ее увидеть…

— Ева в больнице, — сообщила Рита. — Вернее, в наркологической клинике.

— Как? — побледнела мать.

— Знаешь, если ты думала, что мы сильные и все такое, то ошибалась. — В голосе девушки сквозила неприкрытая горечь. — Нет, тогда мы справились, пережили. Жили, учились, работали. Ева замуж вышла, мальчика родила.

— У меня есть внук?! — обрадовалась женщина.

— Нет, он погиб давно. С отцом в аварию попал. Ева запила. Недавно чуть не умерла, отравившись паленой водкой. Теперь ее лечат.

— Какой ужас… — мать прикрыла рот ладонью. — Прости, Господи, ее грешную душу…

— Мам, где сейчас сын Виктора? — резко сменила тему Рита.

— Зачем он тебе? — насторожилась мать.

— Нужен.

— Я не знаю.

— Не ври, — скривилась Рита. — Вы общались с ним, даже фотография общая есть. У Виктора в доме мы нашли ее.