Книга В лабиринтах дождя, страница 83 – Оксана Ласовская

— Не нашли? — спокойно поинтересовался мужчина.

— Нет, — стушевалась я, поняв, что он не поверил ни единому моему слову.

— Ай-яй-яй, — покачал он головой. — Как нехорошо!

Он замолчал, и в кабинете установилась тишина. Сердце бешено стучало в груди, в ушах шумело, и вообще я понимала, что долго такого напряжения не выдержу, просто бесславно потеряю сознание.

— Детка, а тебе мама не говорила, что врать плохо? — вдруг спросил мужчина. — Не хочешь, значит, сказать правду… Ну что ж, тем хуже для тебя. Побудешь у нас, подумаешь о своём поведении и, может, тогда скажешь правду. Слава, — обратился он к «горилле», замершему у двери, — отведи её в подвал. И советую тебе не сопротивляться, — жёстко взглянул он на меня, — если не хочешь, чтобы твоя очаровательная внешность не пострадала. Слава очень сильный, он руку одним движением пальцев сломать может.

— Но я говорю правду! — попыталась возразить я, однако слушать меня никто не стал. Слава подошёл и, ухватив меня под руку, одним рывком поднял на ноги. — Поймите, я вам ничем не опасна! — крикнула я, впадая в истерику. Меньше всего мне хотелось сидеть в каком-то подвале. Алинка, если я не вернусь к утру, конечно же, поднимет тревогу, но меня вряд ли найдут здесь.

— Иди, кукла! — рявкнул «горилла» и поволок меня по коридору. Я едва поспевала за ним на своих каблуках, глотая слёзы.

Внезапно мне на глаза попалась дверь с писающим мальчиком. И я испытала огромное желание побывать там.

— Подожди! — крикнула я, тормозя, упираясь ногами в пол. — Позволь мне зайти, очень надо.

Слава остановился и уставился на меня. Его взгляд не отражал ничего, но я была уверена, что он напряжённо думает.

— Иди, — втолкнул он меня в туалет, видимо, решив, что оттуда я не сбегу.

Закрыв дверь на защёлку, я, как ни странно, почувствовала себя в безопасности. Хотя бы некоторое время у меня есть, чтобы подумать. Мне никак нельзя в подвал, я должна выбраться отсюда.

— Не дрейфь, всё получится, — сказала я своему перепуганному отражению в зеркале и, сняв туфли, открыла дверь. Слава стоял напротив, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

— Чего ты так долго? — недовольно прогудел он и попытался опять ухватить меня за руку.

Но не тут-то было. Я увернулась и, когда Слава, удивлённо взглянув на меня, повернулся ко мне всем корпусом, заехала ему острым каблуком туфли в лоб, а он, взревев, ухватился за лицо, тогда я согнула ногу и заехала коленкой в «причинное» место. Слава повалился на пол, натужно хрипя. Изо лба его шла кровь, но ему было не до этого. Обеими руками он закрывал своё мужское достоинство, опасаясь очередного удара, и корчился от боли.

Бросив туфли рядом с ним, я босиком заметалась по коридору. Бежать в зал не имело смысла, там меня сразу схватят, поэтому я рванула в противоположном направлении, надеясь отыскать чёрный ход. Но коридор неожиданно закончился тупиком. Вокруг не было ни одной двери, лишь большое окно.

На мгновение я замерла, прислушиваясь, и вдруг до меня донеслись крики и топот ног. Выбора не было. Рванув на себя створку окна, я высунулась из него по пояс и поёжилась от ледяного ветра. Я находилась на четвёртом этаже, рядом с окном проходил довольно большой карниз. Мысленно перекрестившись, я шагнула на него и, держась руками за стену и стараясь не думать о высоте и о том, что внизу, прямо подо мной, стоянка машин, поползла вдоль стены к водосточной трубе.