Книга О чем расскажет ветер, страница 65 – Оксана Ласовская

Лена присела рядом с подругой и стала задумчиво потягивать сок через соломинку.

— Ну, ты уснула? — легонько толкнула ее Юля.

— Я знаю, что ты реалистка, но попробуй меня услышать. — Лена отставила стакан с соком и повернулась к подруге. — В общем… Когда-то эта деревня была очень большой и именовалась поселком. Так вот, там была школа, большое двухэтажное здание, где учились дети из самого Смешково и окрестных деревень. И в конце тридцатых годов прошлого века дети из этих деревень стали пропадать по дороге в школу или из нее. То есть вышел ребенок из школы, отправился домой — и исчез. Причем до перекрестка, который был у леса за школой, дети доходили, а после него исчезали. Родители забили тревогу, детям не разрешали ходить поодиночке, но это не помогло. Пропавших деток не находили ни живыми, ни мертвыми. До поры до времени. А потом…

— Что потом?

— Потом одну из пропавших девочек нашли мертвой на этом самом перекрестке, у нее были острижены волосы. Решили, что это маньяк, но для обычной сельской жизни маньяк — это что-то из разряда фантастики. И вот одной из матерей пришла в голову мысль, что это ведьма.

— Какая ведьма? — засмеялась Юля. — Я больше в маньяка верю.

— Это ты веришь. А в те времена всякие ведьмы и ведуньи были очень популярны. Жила в этом поселке женщина, к ней бегали за травками лечиться, делали привороты, но и порчу она умела наводить. Поговаривали, что она знается с нечистой силой. Так вот, вспомнив о ней, люди решили взять ее дом штурмом, но узнать правду. Так и случилось, пропавших детей нашли у нее во дворе. И возмездие ей было страшным.

— Что было дальше? — Юля затаила дыхание. Ленин рассказ воспринимался ею как страшилка, которые они с одноклассниками рассказывали друг другу в летнем лагере.

— Дальше… Дальше разъяренные родители вытащили ведьму на перекресток и там убили ее. Говорят, ведьма, умирая, наслала проклятье на поселок. С тех пор этот перекресток называют перекрестком смерти, а в поселке происходит неладное.

— Что же там происходит? — усмехнулась Юля.

— Вскоре после тех событий стали умирать люди. Кого-то понесла лошадь, кто-то утонул, много разных причин было. А потом началась война, погибло очень много народу.

— Не удивительно. В войну везде много народу гибло, ведьма здесь ни при чем.

— Не перебивай! Во время войны в школе держали пленников. Их зверски мучили. А затем выбрасывали на улицу. Сельчане тайком хоронили их в лесу, там сейчас стоит памятник.

— Жутко, но, повторюсь, не удивительно. История знает много таких примеров.

— После войны здание хотели снести, но слишком уж добротное оно было, пожалели…

— Только не говори, что там опять сделали школу!

— Нет, там была больница. Знаешь, говорят, что больные по ночам слышали крики и плач замученных пленников…

Юля скептически ухмыльнулась, но по ее коже пробежали мурашки.

— Через какое-то время в больнице тоже стали твориться нехорошие дела. На первом этаже был роддом, туда свозили рожениц отовсюду. И там делали аборты…

— И что? — пожала плечами Юля.

— А то, что там пренебрегали всеми правилами, делали аборты даже на поздних сроках. На больницу потом нагрянула проверка, врачей кого уволили, кого отправили под суд, здание осталось пустым. Местные жители рассказывали, что из больницы слышны крики пленных, плач. И многие видели тени в окнах. Сейчас здание заброшено, оттуда растаскали все, что могли, но мистика так и осталась. Журналист, автор статьи, которую я читала, сфотографировал здание в лучах заходящего солнца, и на фотографии в одном из окон виден ребенок с протянутыми ручками.