Книга Новая жизнь Агаты, страница 51 – Александра Миронова

— Да, — блаженным тоном сообщил Анатоль.

— Мне очень жаль. — Улыбка снова погасла, и Софа сильнее прижала к себе Бобра, словно защищаясь от несправедливостей мира. Собачка издала невнятный крякающий звук.

— Теперь ему придется у нас задержаться, — сообщил сержант.

— Ему это пойдет на пользу, — пискнула Софа, немного ослабляя хватку и отпуская Барона на волю. Песик, впрочем, не сильно стремился освободиться и устроился на диване, положив мордочку Софе на колени. Та автоматически принялась его гладить.

— Если кто тут и нуждается в защите, то это Софа, — объявила Агата, ловко перекладывая еще теплую долму на большую тарелку и с трудом удерживаясь, чтобы не отрезать огромный кусок одуряюще пахнущего пирога и не проглотить его сразу же, не дожидаясь чая. — Как бы она после такого опыта вообще в мужененавистницу не превратилась.

Ответом ей послужила тишина. Агата подняла глаза на друзей — Софа и Анатоль стали похожи на крошечные фонарики, которые кто-то выключил. Отведя взгляд друг от друга, они лишь молча кивнули, и Агата тут же обругала себя — ну кто ее за язык тянул? Не могла дать подруге насладиться немного мужским вниманием? Хотя, как показывал ее жизненный опыт, если мужчина хочет одарить женщину своим вниманием, то ничто ему не может помешать. Она поставила долму перед гостями, снабдив каждого из них тарелкой и столовыми приборами. Сама пододвинула поближе к столику кресло и села между ними.

— Есть ли какие-то новости? — меняя тему, поинтересовалась она. Отрезав кусочек долмы, Агата положила в рот и едва не застонала от удовольствия. — Господи, ваша бабушка волшебница.

Упоминание бабушки снова вернуло улыбку на лицо Анатоля.

— Она у меня самая лучшая!

— А я тоже с бабушкой росла, — вдруг включилась в беседу Софа. — Мама меня очень рано родила, а потом уехала на другой конец страны, и меня растила бабушка Нина. Я долго думала, что она и есть моя мама. Кстати, это она меня научила печь.

— Софа принесла мне торт «Графские развалины». Выглядит лучше, чем из кондитерской, — тут же добавила Агата, с нескрываемым удовольствием отмечая, как зарделась ее подруга и на ее щеках снова появились очаровательные ямочки.

— «Графские развалины»? Я его просто обожаю, это мой любимый торт! — воскликнул Анатоль.

И беседа потекла естественным путем, сбивая на своем пути все препоны. Все нахваливали золотые руки Софы и бабушки Анатоля, а также болтали о милых пустяках и забавных случаях из детства. Впрочем, болтали Софа и Анатоль, сама Агата о детстве предпочитала помалкивать. Спустя некоторое время беседа снова свернула к интересовавшей всех теме.

— Мы отпустили Веневитинова, — сообщил Анатоль. — У него сложилась такая же ситуация, как и у вас. Нет алиби, зато есть зубастый адвокат.

— А есть ли еще какие-то новости?

— Я не могу вам сказать, — замялся Анатоль, — тайна следствия.

Агата выразительно посмотрела на него.

— Но вы же не ведете это дело, вы просто могли слышать что-то.

Анатоль задумался, оценивая то, что сказала Агата, а затем кивнул:

— Да. Я слышал, что алиби Андрея Лапина подтвердили, а еще той ночью неподалеку от места убийства проезжала машина Ираиды Гогенишвили.

Агата сразу же вспомнила черноволосую женщину, которая была с ними на фитнесе. Она тоже подвергалась нападкам Алины. И хотя тогда она отреагировала на них с юмором, но кто знает, не затаила ли она кровную обиду?