Книга По имени Ветер, страница 84 – Александра Миронова

В следующий раз, когда им удалось увидеться с Машей, Есения просто вложила в ее руку ключ и прошептала:

— Фермерский магазин в поселке.

Та молча кивнула и едва успела отойти от хозяйки, как в столовой появился Ян, находящийся в кратком перерыве между дозами, и жадно накинулся на завтрак, приготовленный Светланой.

В последнее время с ним творилось что-то особенно странное. Казалось, он ослабил бдительность и стал чуть менее пристально следить за Есенией, полностью поглощенный своими ночными исчезновениями. Он почти дописал оперу, финал был готов, осталась лишь scena ultima, апофеоз. Ян твердил, словно безумный, что все почти закончилось. Они уедут и начнут новую жизнь. Особняк подарил им новый старт.

Есения вдруг заметила, что звуки в доме утихли. Она больше не слышала голосов. Окно в столовой, после того как его в ту ночь закрыл Ян, так и оставалось прочно закрытым. Свечи больше не зажигались, а по коридорам не бродили тени и призраки. Возможно, их разогнали вернувшиеся Светлана и Маша? Но как это все было связано с исчезновениями Яна?

— Мне нужно пополнить запасы, – торжественно объявила Маша, когда Светлана уже убрала со стола и подала Яну с Есенией кофе.

— Зачем ты мне об этом говоришь? – чуть раздраженно поинтересовался Ян, съевший за завтраком вдвое больше обычного, словно что-то пробудило в нем зверский аппетит.

— Предупреждаю, что меня не будет дома во второй половине дня, – смутившись, пояснила Маша, хотя Есения прекрасно поняла смысл ее слов. Они были адресованы вовсе не Яну, а ей. Маша предупреждала, что поедет к Ветру прямо сейчас.

— Меня это не волнует, – раздраженно пожал плечами Ян, залпом выпивая чашку кофе, в которую против обыкновения добавил щедрую порцию сахара. – Ты же знаешь, что дела персонала меня не касаются.

— Да-да, конечно, – окончательно смутившись, заверила Маша и вышла из комнаты, кинув быстрый взгляд на хозяйку. Та ответила ей легким взмахом ресниц, и Маша с облегчением вздохнула – Есения ее поняла.

После завтрака Ян проследовал в концертный зал, к огромному облегчению Есении, позабыв о ней, а она, схватив перчатки и секатор, отправилась в сад.

С момента примирения с Яном она проводила в саду много времени. Ей удалось расчистить почти все тропинки, и теперь казалось, что возле некоторых из них прорезают землю первоцветы.

Она исступленно обрезала ветви кустов и деревьев, словно они были путами, привязывающими ее к той жизни, которой она больше не желала и из которой хотела отчаянно вырваться. После первой стрижки растений она провела вторую, затем третью. Возможно, нарушая все правила сроков обрезки, но зима в этом году выдалась снежная и не очень холодная, поэтому природа стерпела все ее издевательства и с появлением солнца растения с лихвой отблагодарили ее за всю заботу. Они выпускали новые почки, медленно, но неотвратимо превращающиеся в листья – свидетельство новой жизни, которая непременно повторится, вне зависимости от того, будем мы в ней или нет.

Все те растения, которые были списаны бездушными торговыми центрами и за которые Есения билась, как за собственных детей, прижились и начали подавать признаки жизни. Есения испытывала ни с чем не сравнимую радость, наблюдая их расцвет, и невольно задавалась вопросом: если маленькое хрупкое растение способно побороть все тяготы жизни и вернуться в мир живых, будучи практически уничтоженным, неужели она сама не способна на это?