Книга По имени Ветер, страница 88 – Александра Миронова

Люди шли бесконечным потоком, очередь желающих попрощаться с одним из величайших композиторов современности струилась на несколько километров. Была даже телеграмма от президента. Многие звезды, которых Есения знала очень смутно, высказывались о Яне, словно о дорогом и близком друге. Пара экзальтированных ухоженных дам бросались на гроб, закрытый белыми цветами, и Есения, все это время находившаяся в зале и напоминающая застывшее изваяние, вяло подумала, что, возможно, они больше чем поклонницы. Но сил размышлять об этом не было.

С того самого момента, как она прибежала в дом и поднялась на чердак, ее преследовала одна и та же фантасмагорическая картина: тело Яна, лежащее где-то там, внизу, с правой стороны от дома, похожее на сломанную куклу. И лужа крови на полу чердака. Разломанное чердачное окно, в чьей ощерившейся пасти в безумном танце кружился миллиард пылинок. И патефон с заевшей песней Вертинского про бананы, лимоны и бесконечно далекий Сингапур. Именно заевшая и повторяющаяся без конца мелодия привела на чердак Машу. Увидев выломанное чердачное окно и выглянув через него наружу, она набрала Есению и ждала ее возле входа в сад. Маше с трудом удалось увести хозяйку в ее комнату и вызвать полицию.

Местный полицейский начальник, на следующий день, отводя глаза в сторону, сообщил, что, по результатам вскрытия, Ян умер от передоза. В его крови обнаружилась высокая доза наркотических средств, они и не подозревали… Но если она хочет, они могут пересмотреть записи с камер наблюдения.

Есения не дала ему договорить. Прямо сказала, что не останется в долгу, если причины смерти ее мужа не будут разглашаться. Начальник полиции сказал, что все понял, и даже предложил присмотреть за домом в ее отсутствие.

Тело было отправлено в столицу, где после бесконечной церемонии с Яном окончательно попрощались на одном из центральных кладбищ. После того как последний ком земли упал на гроб ее мужа, Есения приняла решение – она возвращается в дом.

Ее никто не понял. Агент решил, что она сошла с ума. Маша и Светлана затряслись от ужаса, когда она об этом объявила.

— Но зачем? – только и смогла спросить Маша.

— Затем, что он был где-то целую ночь, а потом пришел и выбросился из окна.

— Но он… – робко попыталась достучаться до хозяйки Маша, но Есения ее перебила:

— Да, он был наркоманом, но у него не было причин себя убивать, понимаешь? Его опера была почти готова, ему оставался только финал. Он бы никогда не ушел, не поставив последнюю точку.

— Но ведь наркотики меняют человека, что-то могло произойти… – Маша не была намерена так быстро сдаваться. К тому же ей хотелось сделать все, чтобы оградить Есению от излишней боли.

— И я узнаю что, – решительно заявила Есения.

— Ты уверена? – робко прошептала Маша.

— Ты можешь остаться здесь.

Есения прекрасно поняла подтекст вопроса. Старый особняк наводил жуть на Машу и Светлану. Конечно, они бы поехали с ней, если бы она попросила, но она не стала.

Есения чувствовала себя бесконечно виноватой в гибели мужа. Если бы не она и ее дурацкие чувства, иллюзия, что она тоже может быть счастливой, ничего бы не произошло. Останься она тогда дома, Ян бы никогда такого не совершил. А если бы даже и попытался, то она смогла бы его остановить. Есения предпочитала не думать о том, что если человек действительно хочет уйти из жизни, то его ничто не остановит. К тому же именно она отключила камеры в ту ночь, и теперь она не знает, что же случилось на самом деле. Она была виновата, и точка. Она не имеет права на счастье, потому что это призрачное право убило величайший талант современности.