Книга Алёнушка, страница 75 – Александра Миронова

— Вовсе нет. Просто в них неожиданно проснулась любовь к искусству собственной страны, и парочка богатеев взяла шефство над музеем и поспособствовала оформлению дома. Один из жильцов, я не буду называть его имени, но вы наверняка его слышали, когда-то жил здесь ребенком. Заработав очень много денег, он выкупил три квартиры, две из которых отвел под собственную коллекцию и пускает посмотреть по предварительной договоренности. После смерти хочет сделать этот дом музеем. Мы пришли.

Лев остановился перед красивой деревянной дверью и два раза нажал на звонок, затем выдержал паузу и снова нажал два раза.

— Роман Витальевич внимательно относится к мерам безопасности, – улыбнулся он Алене.

Роман Витальевич, оказавшийся маленьким, вертлявым стариком, закутанным в огромный узбекский халат, встретил Льва как родного и немедленно испарился где-то в глубине обширной квартиры. Алена бросила взгляд на Льва, тот махнул рукой в сторону коридора:

— Идите смело, кабинет Романа Витальевича в торце.

Квартира эксперта ничуть не уступала квартире Изабеллы по содержанию. Все стены были увешаны картинами. Начало прошлого века, народные мотивы, очень много пейзажей – степи, поля.

— Он что, утащил все эти картины из музея? – понизив голос, поинтересовалась Алена.

— Почему же? – искренне удивился Лев. – Роман Витальевич часто выступает частным экспертом, и у него безупречная репутация. Ему доверяют. Иногда люди, как правило, это пожилые или не совсем здоровые родственники некогда известных и могущественных людей, обращаются к нему с просьбой посодействовать в продаже той или иной картины. Иногда Роман Витальевич выкупает эти картины сам, иногда предлагает другим ценителям.

Они вошли в кабинет Романа Витальевича, который выглядел настоящей декорацией к фильму о гениальном ученом. Книги здесь были повсюду. Шкафы достигали потолка, но даже на них щуплый Роман Витальевич умудрился водрузить тома, грозящие в любой момент рухнуть и погрести ученого под собой. В кабинете имелась массивная приставная лестница на колесиках, по которой можно было добраться до книжных вершин, но Роману Витальевичу в данный момент она была не нужна.

Сбросив прямо на пол многочисленные бумаги, лежавшие кипами на массивном дубовом рабочем столе, он включил мощную настольную лампу и извлек из ящика внушительную лупу.

— Так, что тут у нас. Васнецов. Ага, «Аленушка»! Недурно, недурно, – принялся бормотать он себе под нос, позабыв об окружающих…

Алена переминалась с ноги на ногу и даже бросила недоуменный взгляд на Льва, но тот приложил палец к губам, призывая ее к молчанию. Спустя пятнадцать минут бормотаний Роман Витальевич поднял голову и, прищурившись, изрек:

— Прекрасно.

— Что скажете, Роман Витальевич?

— Скажу, что это прекрасный, восхитительный экземпляр. Я бы даже сказал образцовый.

Алена не смогла сдержать улыбку и радостный вздох – кажется, у нее получилось. Она отдаст картину и забудет обо всех своих проблемах. Лев же, в отличие от Алены, энтузиазма особо не высказывал. Он не сводил глаз с Романа Витальевича.

— Я бы даже осмелился спросить, сколько вы за него хотите. Вы ведь знаете, что на рынке гуляют копии Васнецова, и мне кажется, что этот экземпляр мог бы послужить, так сказать, референсом. В нем есть, знаете ли, некие характерные, отличительные черты художника.