Книга Разрубить гордиев узел, страница 113 – Александра Миронова

Тогда, в ее восемнадцать лет, родители Юры срочно увезли его в реабилитационный центр после того, как он, взяв без разрешения отцовскую машину, чуть не сбил насмерть ребенка. Отправке в центр поспособствовала мама Юры, прокурор. После чего вся семья переехала в другой город, не оставив никому адреса. Потом случились все эти кошмарные события в семье, когда погиб Андрей, Оля потеряла ребенка, мама умерла, а дед начал резко угасать.

Юля тогда поступила в институт, переехала в общежитие, познакомилась на дискотеке с Алексеем и вышла за него замуж. Не от любви, а скорее от безысходности. Алексей был хорошим парнем, и она даже чувствовала себя виноватой, что не может по-настоящему его полюбить и дать то, что он рассчитывал получить, женясь на скромной милой девушке.

Затем родилась Дашка. Вначале Юля была даже рада осесть в декрете, но вскоре семейная жизнь стала ее тяготить. Она постаралась как можно скорее выйти на работу и даже сделала неплохую карьеру, которая со временем позволила ей работать удаленно. Затем был Никита, чье рождение было незапланированным. Юля не хотела ребенка, но ее уговорил Алексей. Иногда в минуты отчаяния она даже упрекала его этим, но муж всегда стоял на своем: сына он любит и будет с ним до последнего дня. Каким бы тот ни был. А затем, когда Никите исполнился год, она встретила Юру. Случайно.

Был дождливый осенний день, когда брусчатка в старом городе вся покрывается оранжевыми лоскутами палой листвы, когда небо сереет и словно стирается, становится прозрачным, когда вокруг сгущаются серо-коричневые тона, ей вдруг отчаянно захотелось красок. Закончив работу пораньше, Юля заехала на небольшой вернисаж, где торговали уличные художники. Решила сделать себе подарок – купить картину. Любовь к картинам была той единственной призрачной нитью, которая связывала ее с Юрой – он очень любил рисовать и хотел стать художником, хотя мама уже определила его в юридический.

Юля шла по скользкой мостовой, пытаясь рассмотреть за целлофановой защитой картину, которая бы ее согрела, как вдруг услышала, как кто-то позвал ее по имени.

Потом они пили кофе в небольшом музейном кафе, распложенном возле вернисажа, а она прикасалась рукой к его колючему свитеру и все не могла поверить, что это ей не снится. Она сама не знала, почему соврала ему, что не замужем и что у нее нет детей. Ей хотелось другой жизни, и она себе ее придумала.

— Так как, говоришь, клиника называется? – настойчиво переспросила Юля.

— Зачем тебе?

— У моей коллеги муж болен, она сегодня поделилась.

— Юль, ну не могу я тебе сказать, это экспериментальная программа. Понимаешь, я не хотел тебя расстраивать, но я записался в группу добровольцев, – вздохнул Юра.

— Добровольцев? – непонимающе переспросила Юля.

— Да, – кивнул Юра. – Это лечение еще не запатентовано, они искали добровольцев, чтобы все протестировать. Я тебе не сказал, потому что ты бы волновалась.

— Это у нас в городе такое? – Юля вдруг почувствовала себя круглой дурой.

За участие в медицинских экспериментах добровольцам могли платить, но никак не брать с них деньги.

— У нас, у нас, – Юра еще сильнее привлек ее к себе. – Какая собака тебя покусала? Иди ко мне.

Поздно ночью, когда Юра крепко уснул, Юля выскользнула из кровати. Она отчаянно не хотела в это верить. Цеплялась слабеющими руками за тонкие нити надежды, но уже понимала, что скользит вниз и при падении расшибется насмерть.