Книга Жажда денег, страница 52 – Марина Серова

— А почему вы Лидией представились?

Света зыркнула на меня своим звериным взором.

— Не знаю, так получилось. Когда продукты приносила, от фонаря сказала «соцработник Лидия», а потом уже стыдно было называть другое имя.

Она опять зло на меня посмотрела. Это был взгляд волчицы, которую хотят загнать в капкан.

— Но вы знаете, что свидетельница Агапова еще узнала вас по манере двигаться, бежать и по вашим особым жестам и движениям? — я чуть блефанула.

— Нет, не знала. А что, у меня движения сильно отличаются от других?

— Свидетельница утверждает, что да. Да и я заметила, как вы сегодня заходили в кабинет — голова чуть наклонена, плечи раскрыты и так далее, — я продолжала блефовать.

Она впилась в меня своим ненавидящим взглядом, но продолжала сохранять спокойствие и даже попыталась улыбнуться.

— Просто эта Агапова почему-то невзлюбила меня, бывает, личная неприязнь.

Тут в двери залетел Гарик:

— Светик, а ты ведь обманула Татьяну Александровну.

— В чем?

Волчий взгляд Светика был уже устремлен на Гарика.

— Два дня назад тебя не было на работе, и 12-го. 22-го, 27-го тоже. Зачем ты обманула?

— Ах да, — как будто вспомнила Кузьмина, — два дня назад я подруге помогала мебель перетаскивать, мебель она новую купила.

— Это Катька купила, у которой ты сейчас живешь?

— Да.

— Так она нигде не работает. Откуда дровишки?

— Я ей помогла. Шкаф совсем развалился. А я ведь живу у нее, тетка-то меня выгнала, за квартиру не плачу, так продукты покупаю. А тут решила помочь ей с мебелью. Ну, в знак благодарности.

— Щедрая ты, Светка, — с иронией в голосе сказал Гарик. — А кому ты таскала мебель в оставшиеся три дня?

— Там другое было.

— Какое другое?

— Хоронили мы там знакомого, потом поминки собирали, потом меня попросили с детьми посидеть.

— Света, я тебе давно говорил: правда — и ничего, кроме правды. Я вынужден тебя задержать. Алиби на эти дни у тебя нет. Получается, алиби у тебя только на один вчерашний день — на 7-е апреля.

— Так все же есть хоть на один день?

— Там преступление по-другому было совершено, без типичного удара жертв по голове. Ты задержана по подозрению в совершении серии преступлений по отношению к пожилым гражданам. Тебе надо разъяснять твои права?

— Давайте я позвоню знакомым, с которыми была в эти дни.

— Твои собутыльники, опойки какие-нибудь? Эти все подтвердят.

— Да нет, приличные люди.

Казалось, она была удивлена и растеряна. Но взгляд оставался жестким, с ненавистью.

— Пусть позвонит и позовет своих свидетелей, — попросила я Гарика.

— Только ради вас, Татьяна Александровна. А тебе, Светка, советую написать чистосердечное признание. Пока не поздно.

— Не делала я этого, мне не в чем признаваться.

Она набрала номер телефона и слезно проговорила:

— Федор Иванович, вы бы не могли сейчас подъехать к нашему участковому? Очень надо.

Потом набрала второй телефон:

— Маргарита Степановна, приезжайте, пожалуйста, в полицейский участок к Гарику, мне нужна ваша помощь.

На этом свидетели Кузьминой закончились, она чуть не плакала, но глаза… Эти злые, никого не щадящие глаза…

— Гражданин начальник, я только жить начала, работа у меня хорошая, коллектив, сама себя обеспечиваю, и тут вы хотите снова меня закрыть? — она с мольбой, но злыми глазами смотрела на Гарика.