Онлайн книга «Стань Звездой!»
|
— А то, что у нашего скрытного друга вдруг нарисовался папа, — вздохнул Курт. — И жаждет поведать миру историю появления на свет и становления новой звезды, — он сел, запустил руку в волосы. — Самое удачное время выбрал, сука. И так финал с душком из-за этих уродов, решивших, что ограничения в контракте для красоты прописаны, теперь это еще. — “Нарисовался” или он действительно его отец? — Зак с трудом сдержался, чтобы не повторить жест Курта. — И что за история? — Пойдем, сам посмотришь, — Курт закрыл ладонями лицо, замер на несколько секунд и пружинисто поднялся на ноги. — Доминик был так любезен, что прислал мне запись беседы с этим типом. Я взял тайм-аут до завтра под честное слово Доминика. Зак не заметил, как дошел до спальни. Там, с большого и мощного ноутбука Курта на него смотрело подозрительно знакомое лицо. — Погоди, я его знаю! — выдохнул Зак. — Точнее, видел. Бомж у дома Эрика, он ломился к нам в машину. Курт, собиравшийся запустить видео, замер. — Что он говорил? — спросил таким тоном, что Зак невольно подобрался. Такого Курта он видел пару раз, когда тот выступал в суде. — И что ответил ему Эрик? — “У меня с вами нет никаких дел”, — слово в слово повторил Зак. — Я был уверен, что они не знакомы. — Он говорил об отце всего пару раз, и я тоже был уверен, что он уже умер, — Курт постучал пальцами по спинке кровати. — Будем смотреть или дождемся Эрика? Я буквально пару минут глянул, убедился, что файл не поврежден. — Ну нет, нам надо знать, к чему его готовить, — решительно сказал Зак и запустил видео. * * * — А мне точно заплатят? — требовательным тоном спросил неопрятного вида мужчина. — А то я ведь знаю вас, репортеров. Я вам все выложу, а вы скажете, что фуфло. А назавтра по всем программам растрезвоните. А я с голым задом останусь. — Мистер Ласард, мы уже обсуждали условия, — Доминик, чрезвычайно худой пуэрториканец, вошел в кадр. — Я не могу ничего обещать, пока не пойму, с чем имею дело. — А метрика вам что, не указ, что ли? — взвился Ласард. Он решил было встать, но потом видимо понял, что в таком случае денег ему точно не видать, и уселся обратно. — Ну хоть аванс дадите? Хоть соточку, а то меня из приюта погнали... — Только после вашего рассказа, — с нажимом сказал Доминик и покинул кадр. Ласард промокнул глаза засаленным платком, огладил растрепанную, давно не мытую бороду. — Ну ладно, — вздохнул он. — Моя мать была против моего брака. Умнейшая была женщина, — Ласард всхлипнул. — Говорила, что Энн мне не пара. Что не чувствует любви, что видит фальшь. А я думал, это просто материнская ревность. И сделал по-своему. Из кожи вон лез, стараясь во всем ей ублажить. Брался за любую работу, не тратил на себя ни копейки, а уж когда малой родился... — он зашелся в рыданиях, размазывая по лицу слезы. — Я ж думал, вот оно, счастье. Все матери в упрек ставил, чего она на Энн наговаривала. Не отходил от них, к ребенку ночами вставал. Работал, жилы рвал, чтобы у них все лучшее... Я ж тогда даже вкуса спиртного не знал, считал, что негоже деньги на такую ерунду спускать. На учебу ребенку откладывал, колледжи присматривал, все с Энн советовался, в какую лучше школу его отдать. А она... как родила, так будто подменили. Снова рыдания. Ласард чуть ли не пять минут ревел, выдавая бессвязные слова о том, как любил "ребеночка", пока Доминик не оборвал его: |