Книга Клоунада для разведчика, страница 34 – Катори Ками, Гелла Верона

Не было никаких признаков приближающегося оргазма. Если обычно секс можно было сравнить с гранатой — вырвали чеку, детонатор запалил взрывчатку, и через положенные доли секунды все нарастающее давление разнесло на части металл, освобождаясь, — то сейчас это было похоже на прибой. Одна теплая, мягкая волна накатывала, подбрасывала, прижимала к Полу, потом мягко отпускала, уступая место новой, такой же неторопливой и неопасной. Тело расслабилось, плыло по течению, мышцы и кости будто размягчились. Это было новое, совершенно непривычное, но ничуть не менее яркое ощущение, чем от того, как член таранит податливую плоть и от головки несутся огненные, резкие всполохи, стегая по нервам обжигающими хлыстами. Мерное дыхание Пола отдавалось в душе ничуть не меньше, чем громкие стоны и хрипы, его тихие слова гремели в ушах похлеще вскриков и замысловатых матерных конструкций.

В какой-то момент Алекс перестал пытаться вернуться к привычному. Он обмяк в руках Пола, сам потянулся поцеловать, еще больше, хотя куда уж, развел ноги. Непонятная эмоция, мелькнувшая на самом дне синих глаз, почти встревожила, но обдумать, что это значит, Алекс не успел.

Шумно, тяжело выдохнув, Пол чуть отстранился, коротко улыбнулся и вдруг двинулся совсем иначе. Сильно, мощно, будто пытался достать членом до горла. И тут же все тело прошило острое, горячее удовольствие. Оно было сильнее всех предыдущих ощущений, когда-либо испытанных Алексом. Его невозможно было перетерпеть, от него нельзя было отстраниться. На задворках оглушенного, дезориентированного сознания слышались вскрики, что-то скрипело. Член в его заднице стал будто еще больше и тверже, и двигался все быстрее, а животу сделалось горячо. Но все это было лишь фоном к невероятно сильному, почти невозможному, сладкому, выматывающему, что сейчас крутило его, рвало на части, выжимало и стягивало. Только когда в пупок щекотно потекло мокрое, а в ставшей невероятно узкой заднице запульсировал, изливаясь, чужой член, Алекс понял, почему Аррой не рвался за оргазмом: он сам нагнал их, накрыл с головой и едва не утопил.

Понадобилось немало времени, чтобы хоть немного прийти в себя. Чувства возвращались медленно, неохотно. Оргазм словно не хотел отпускать его, все еще прогуливаясь по нервам длинными, тягучими волнами.

Первым проснулось желание покурить. Потом ощущение неприятной боли в слишком широко разведенных ногах. Потом — чего-то горячего, текущего по заду. И наконец — тяжести навалившегося на него тела и боль в растревоженном боку.

Почему-то он никак не ожидал, что едва он откроет глаза, Пол снова его поцелует. Зачем?.. — мелькнула идиотская мысль. Они ведь уже трахнулись… Но Аррой все целовал и целовал, а сопротивляться Алекс уже устал.

Поначалу было лениво и раздражало. Перегруженные нервы не могли реагировать на почти неощутимые прикосновения. Но постепенно возбуждение спало, буря внутри утихла, и вернулись полутона и оттенки. И легкие касания мягких губ, вовсе ненастырный, ласковый язык, медленные, тягучие прикосновения начали отдаваться теплым, совершенно неведомым раньше удовольствием.

И прекращать не хотелось вовсе. Алекс осторожно выпрямил ноги и обнял Пола, целуя уже сам.

Отстранился Пол не скоро, а когда отстранился, вздохнул.