Книга Совсем другая любовь, страница 125 – Катори Ками, Алекс Сюар

— Зловеще, однако, — заметил Джеймс, оглядев получившуюся конструкцию. — Чувствую себя великаном-людоедом, — он криво усмехнулся. — Но не будем терять время. Грузим баллоны и идем.

Баллоны они погрузили довольно быстро. Тяжелыми они не были, и Майкл прекрасно справлялся даже одной рукой.

— Вроде все, — выдохнул он, водрузив последний. — Ну что, пошли обживать логово?

Джеймс поправил один из баллонов и искоса глянул на Майкла.

— А ты изменился, — заметил он. — Как будто война вдохнула в тебя жизнь.

— Мобилизация резервных сил организма в критической ситуации, — пожал плечами Майкл, в душе порадовавшись, что бесстрастность с лица Джеймса хоть ненадолго, но все же ушла.

— Что ж, если выберемся, буду каждую неделю устраивать для тебя персональную ядерную войну, — хмыкнул Джеймс и толкнул их жутковатый плот вперед.

— Не если, Джеймс, а когда… — отозвался Майкл, помогая ему выровнять направление.

Они дошли до кабины, вытолкнули плот сквозь разбитое лобовое стекло и сами выбрались на изувеченный нос шаттла.

— Ты до этого ведь не был на других планетах? — спросил Джеймс. Майкл покачал головой. — Ну тогда это великий момент.

И они одновременно спрыгнули с корабля на сухую пыльную землю.

— Ого! — удивленно протянул Майкл. — Ноги вязнут.

— Да уж, — Джеймс переступил с ноги на ногу. — Идти будет сложновато.

Сухая мелкая пыль обхватывала ноги подобно грязи, и, хотя сапоги оставались чистыми, было нелегко каждый раз вытаскивать их из этой сухой трясины.

Они прошли всего ничего, а с Майкла уже градом капал пот.

— Нет, все-таки жить будем на Земле, — выдохнул он. — Что бы там в газетах не писали про освоение новых планет, нет, увольте… Представь, такая дорога в супермаркет… и так каждый божий день. Не-е, лично я пас!

— Наверняка для этой мерзости тут же придумают сапоги с антигравами или что-то в этом роде, — Джеймс сосредоточенно месил ногами пыль, и, кажется, куда меньше страдал от нее, чем Майкл. — Я же из Техаса. Мы с Тайем жили посреди пустыни.

— С Тайем? — переспросил Майкл. — Ты не рассказывал о Тайе.

— Вален-тай-н — по слогам выговорил Джеймс и едва заметно улыбнулся.

Неожиданно от этой улыбки стало как-то не по себе, и даже — неприятно.

— Он здесь погиб? — спросил Майкл, помедлив.

— В космосе на орбите, — в голосе Джеймса не угадывалось ни единой эмоции.

А лица его Майкл не видел. Сосредоточенно глядя под ноги, он ни на секунду не отрывал взгляд от липнущего к сапогам месива. Впрочем, причиной тому было вовсе не непролазное болото. Просто Майкл понял: ему с лихвой хватило улыбки на губах Джеймса, и теперь не хотелось видеть ни одной его эмоции, связанной с бывшим любовником.

Но нового вопроса он задать не успел. Джеймс чуть прибавил шаг и глухо сказал:

— Меня буквально трясло накануне. Будто чувствовал.

— А я… наоборот… Не помню, когда бы прежде было такое хорошее настроение, — тяжело выдохнул Майкл. — Помню, ехали, я всю дорогу анекдоты травил… смешные случаи из детства вспоминали… — в горле встал ком, и Майкл замолчал.

— Тай тоже… — Джеймс сглотнул, прежде чем продолжить: — Шутил весь вечер, чтобы поднять мне настроение. На него все ругались, но он не умолкал.

— А как прошло твое детство? — спросил Майкл. Возможно, он сменил тему слишком резко и стоило бы хоть как-то смягчить переход, но у него не было никакого желания слушать дальше про Валентайна и вспоминать страшный день, отнявший у него Селен.