Книга О любви, дружбе и плюшевых мишках, страница 27 – Катори Ками

* * *

Впервые за долгое-долгое время Ларри проснулся не от звонка будильника и не от ощущения, что безнадёжно опаздывает, и даже не потому что выспался. Нет, совсем нет. Сегодня Ларри проснулся от того, что кто-то сжимал его член горячими пальцами и не думал даже скрывать собственного удовольствия. А ещё этот кто-то недвусмысленно упирался не менее твёрдым членом ему в задницу, и только этот факт несколько омрачал радость столь великолепного пробуждения.

Максимус почувствовал, что Ларс проснулся, прижался теснее, толкнулся пахом и шумно выдохнул в ухо.

— И не думай даже, — строго сказал ему Ларри. Он поймал Нимоя за руку и перекинул через плечо, укладывая на кровать и нависая сверху. — На такие эксперименты я не подписывался.

— А если я скажу «пожалуйста»? — с улыбкой поинтересовался, кажется, ничуть не расстроившийся Максимус. Хотя нотку разочарования Ларри всё же уловил.

— Хоть «пожалуйста», хоть «спасибо» говори — всё равно нет, — отрезал он, но тут же испортив впечатление, добавив куда мягче: — Не сегодня.

— Понимаю, настроиться, обдумать, попаниковать — ты без этого никуда, — хмыкнул Максимус, обнимая его за шею и притягивая к себе. — Может, дату назначим? Уверен, тебе так легче будет.

— Да, блядь, красным в календарике обведём и большими буквами подпишем, — фыркнул Ларри. Он просунул руки ему под спину и раздвинул коленом ноги. — А хотя, может, ты и прав… — протянул задумчиво, наколдовывая смазку. — Надо же мне смириться с необходимостью.

— Забудь, — покачал головой Максимус, закидывая ноги ему на талию. — Я не хочу, чтоб было «надо».

— А я хочу, чтоб было честно, — возразил Ларри запальчиво, но тут же поймал себя на мысли, что это не совсем правда. Существующее положение дел его более чем устраивало.

Максимус рассмеялся.

— Ну вот, я же говорил, — весело заявил он. — Тебе надо переспать с этой мыслью. Но сначала со мной, — он требовательно вскинул бёдра.

Ларри усмехнулся и вогнал в него член.

Пожалуй, утра, лучше этого, ещё не случалось, и Ларри был абсолютно уверен, что Максимус это знает, а потому нужно было приложить все силы, чтобы он это мнение разделил.

Звон старенького будильника, к которому Ларри питал странную привязанность, они оба просто не услышали.

* * *

На работу они оба безнадёжно опоздали, и Ларри пришлось отправить Максимуса в Офицерат, а самому задержаться ещё на полчаса, чтобы никому не пришло в голову связать их опоздания. Проверяющий неодобрительно поджал губы в ответ на сухое объяснение, что Ларса с утра пораньше дёрнули коллеги из далёкой Франции, но, так как ни проверить информацию, ни осудить Главного офицера за помощь французским офицерам, не мог, он промолчал. Зато от Нимоя исходила мощная волна настоящей ненависти, и Ларри без всяких объяснений понял, что тому досталось в полной мере.

«Как пацана какого-то при всех отчитал!» — уязвлено прорычал Максимус, внешне никак не выдавая своего возмущения. — «Снисходительно-покровительственно-начальственно, прикинь! Сука такая, будто бы это в его компетенции! Мне даже Раж ни слова не сказал, а этот лезет!»

Прежде чем ответить, Ларри быстро прочёл план летучки и передал слово Бредфорду по первому вопросу.

«Не злись», — сказал мысленно, жалея, что не может подойти к Нимою и потрепать его по голове — уж больно мальчишеской была его реакция. — «Чиновники — они все такие. Ты не знал, что они страшно нам завидуют?»