Книга Операция «Пилот», страница 91 – Ирина Дегтярева

Василия особенно интересовала разведка маршрутов пролета, координаты аэродромов. После того как в феврале наши войска отбомбились по военным аэродромам Украины, кое-что все же уцелело, и некоторые небольшие аэродромы украинцы переориентировали под военные нужды. Необходимо разбираться и с ними.

Ермилов только лишь на этом не собирался концентрироваться. Его волновало похищение штурмана и фактическое покушение на его убийство, запланированное ГУР. Выдержит ли организм штурмана большую дозу препарата, резко снижающего давление, да еще если учесть перегрузки в боевом самолете? Что это, как не покушение на убийство?

Когда Егоров пошел на доклад к начальнику отдела, он получил от Старостина еще сканы переписки. ГУР заметно активизировалось после передачи денег пилоту.

— Что там? — Ермилов взял распечатку и пробежал ее глазами, выхватив ключевые моменты.

«Для успокоения штурмана предлагаем: на определенном участке, до выполнения задачи, отвернуть в нашу сторону. Штурману сказать, что цель назначена на территории Украины. Задача секретная и знает об этом ком. полка, фээсбэшник и вы. Дать ему лист с координатами. Координаты будут реальными. Приказать вбить их в машину и вывести его на цель. Цель очень важная. Дескать, выполним — Героя России дадут. Посадка в Мелитополе (это для штурмана). Цель мы вам укажем. Вы даже отбомбитесь. Но потом будет перехват и принуждение к посадке.

Перехватит вас пара Су-27 и еще пара слева по маршруту и еще справа. Это на случай, если за вами кто-то увяжется. Конечно, на рубеже перехвата лучше сбросить скорость до шестисот. И с рубежа надо идти в набор шестьсот метров, чтобы мы четко понимали, что это вы. Сопровождение обязательно.

Мы с вами заранее согласуем маршрут перед реализацией и все соответствующие службы ЗРВ^[16] предупредим, наши воздушные силы будут работать на благо реализации данной операции, чтобы обеспечить ваш безопасный проход по маршруту с дальнейшим сопровождением нашими истребителями».

— Они все-таки хотят устроить перехват, а не посадить его мирно. Лихие ковбои! Кстати, деньги пилот уже перечислил в благотворительную организацию, чтобы помочь пострадавшим от украинских неонацистов жителям Донбасса. Их бомбили с 2014 года в гробовом молчании мировой общественности: дома, садики, школы, церкви, торговые центры и рынки… Искореняли ракетами русские идеи, язык, на котором там говорят с детства. — Ермилов вздохнул. — Что будем отвечать? — Он потер высокий лоб. — Пускай Андрей еще с ними попрепирается. Поставь себя на место человека, который решается на такой отчаянный шаг. Он обрывает все связи, все корни, шагает в бездну. Поэтому его волнения нормальны. Это не будет выглядеть как выведывание. Такие же инструкции получает Титова, работая со своим пилотом.

— Гуровцы его убеждают все время, что они с ним на одной стороне, волноваться нечего. Если он не подтвердит вылет и готовность по штурману специальным кодом, то все отложат на следующий боевой вылет. Пишут, что у них «работают все соответствующие люди из всех необходимых им направлений». А что там у Титовой?

— В той же стадии, что у тебя. Там идут переговоры по жене и детям. Как ей вылететь, куда, как будет безопаснее, когда она сможет? Склоняются к ее вылету в Армению. Или в Прибалтику транзитом через Армению. В общем, крутят-вертят. Уже замотали своими вариантами. Мы, наверное, решимся ее отправить туда, чтобы поглядеть, какие действия они предпримут дальше. Она рвется в бой — рисковая дама, под стать своему мужу. Армянские товарищи тоже прониклись ситуацией и заинтригованы.