Книга Под наживкой скрывается крючок, страница 85 – Ирина Дегтярева

«Уснул?» — Руденко рассматривал фотографии с места аварии. Саму машину фотографировали сверху, со скалы. Потом вниз спускались на тросах за трупом. А машину вытаскивали специально подогнанным краном. — «Вряд ли. Был выходной день. Середина дня. Стало плохо? Но тут подтверждение может дать только вскрытие. А надо сперва отвергнуть все остальные предположения. Алкоголь, с помощью Кироса, исключили, — Руденко с благодарностью взглянул на полицейского, уплетающего салат. — Неисправность в самой машине? Ага, вот и заключение криминалиста».

На осмотр машины разрешения тоже никто не давал. Предполагалось в такой ситуации, что из России приедут следователь и специалисты и будут проводить расследование. Но этого не произошло. Решили, что несчастный случай, и баста.

Руденко прочитал заключение. Учитывая, насколько машина была сплющена, криминалист сотворил чудо, разобравшись в хитросплетениях разбитого автомобиля и в том, что было повреждено до аварии, и в том, что после.

Тормозная система цела, машина не сталкивалась с другой машиной — так как нет следов краски кузова другой машины. «В том случае, если машина не была такого же цвета, как „хонда“ Малышева, — подумал Руденко. — Если авария не случайность, цвет машины могли предусмотреть. Но это большой риск. Остались бы свидетели, ехавшие следом. Впрочем, если действовали „сисовцы“, работая в тандеме с киприотами, могли перекрыть движение ненадолго, запустив на этот отрезок дороги только машину Малышева и машину убийцы. Да там и так редко машины ездят, не слишком бойкая, практически проселочная дорога».

— Откуда он ехал, вы выяснили? Не комбинируй, говори как есть.

— Ну, как тебе сказать, тиос Алексис, если тебя интересует мое мнение, то странное происшествие. Там при всем желании сложно вылететь с дороги. Поворот не крутой, более того, там же смотровая площадка, где можно с легкостью разъехаться даже трем машинам. Подумал — пьяный. Даже рискнул проверить. Честно говоря, решил подстраховаться. Вот начнут русские расследование, — он посмотрел на Руденко виновато, но продолжил: — начнут нас в чем-нибудь обвинять, а я им — раз! — он хлопнул ладонью по столу, — факты. Дескать, напился ваш сотрудник, к нам какие претензии?

— Понятно, понятно. Дальше-то что?

— Все-таки я полицейский, а мужика вашего замочили, — перестал ходить вокруг да около Кирос. — Проехал я по его маршруту в обратном направлении. Поспрашивал в домах, тавернах. Выяснил, что обедал он в Омодосе, в «Макринари».

— Выходит, он недалеко от таверны уехал? — задумчиво проговорил Руденко, рассматривая фотографии места происшествия. — И что они тебе там сказали?

— Поел и уехал. — Кирос подозвал официантку: — Дорогая, не принесешь мне еще рыбки?

— Хватит ему! — со смехом урезонил Кироса Алексей и крикнул девушке вдогонку: — И мне тоже!..

…Навес из живого винограда, гроздья свисают над столиками. Столики — на улице и внутри, покрыты клетчатыми белоголубыми скатертями, внутри деревянные потолки темного дерева. Это уже таверна «Макринари» в Омодосе, куда поехали после обеда Кирос и Алексей.

Руденко оставил свою машину в Като Дефтере. И уговорил Сотириадиса ехать вместе. «Спрашивать будешь ты», — распорядился он. Кирос только покорно вздохнул.

Их усадили, согласно правилам кипрского гостеприимства, налили лимонаду.