Книга В тени скалы, страница 41 – Ирина Дегтярева

Они обнялись. Оставив руку на его пухлом плече и то и дело дружески похлопывая Джанаха, Тарек с восхищением заметил:

— Умеют же люди устраиваться! Я вот – перекати поле. Мое – только штаны и рубаха, да и те секонд-хэнд.

— Не прибедняйся, – повел перед его носом пухлым пальцем Хапи. – Я так понимаю, ты вернулся на службу?.. Говори при нем. Мой племянник.

Он заметил, что Тарек оглянулся на Ахмеда.

— Хороший парень, – все же ушел от прямого ответа Тарек.

Они вошли в дом, в просторный холл, напоминающий дворик, – мощеный грубоватой плиткой пол и стеклянный, приподнятый купол-потолок. В центре квадратный фонтанчик с цветочными горшками, расставленными по бортикам, с разноцветными геранями. Ясем изумился неброской, но все же роскошной обстановке:

— Да ты как шейх обустроился! Только толпы красавиц наложниц не хватает…

В этот момент в коридор выбежала девушка в длинном белом траурном платье прямого покроя, напоминающем традиционный арабский дишдаш, с длинными, до пояса, черными волосами, не покрытыми платком. Она не ожидала увидеть в доме постороннего, зыркнула на гостя большими светло-коричневыми глазами. Тареку не показалась, что она так уж испугалась, хотя кокетливо изобразила испуг. Ойкнула и убежала.

Хапи засмеялся:

— Это Хануф. Моя дочка. Три старшие замужем. Я ведь уже дед. Четыре внука и внучка. – Его глаза превратились в щелки, придавленные объемными щеками, когда он расплылся в улыбке. Но улыбка потускнела, едва он заметил угрюмое выражение лица Тарека. – Прости, друг, – он тронул его за плечо. – Соболезную твоему горю. У тебя ведь было две дочери?

— И сын, – глухо добавил Ясем.

Джанах помолчал и, движением руки отослав племянника, лукаво улыбнулся иракцу:

— Правда, мне почудилось, что, увидев Хануф, ты расправил плечи и выглядел молодцевато.

— Бог с тобой! Ведь я стар. А ей лет семнадцать. Да и жених из меня невыгодный. Я гол как сокол. И жизнь моя наполнена риском, как пустыня песком.

— Во-первых, Хануф уже двадцать три, – Джанах подмигнул. – А во-вторых, я и сам небедный. Могу себе позволить хоть и нищего зятя.

— Вот уж не знаешь, где найдешь, где потеряешь, – пробормотал Тарек. – Нам поговорить бы, Хапи.

Джанах вздрогнул, услышав свой псевдоним.

— Пройдем в кабинет.

Его кабинет оказался, на удивление, скромным и напоминал конторку бухгалтера с журналами бухучета на столе, старым коричневым сейфом в углу на толстых львиных ножках. Не хватало счет с костяшками на проволоках. Их заменял ноутбук, весьма современный. «Интересно, что у него в этих распухших от исписанности журналах?» – мельком бросил взгляд на стол Тарек и сел в низкое кресло. Настолько низкое, что его голова оказалась почти вровень со столешницей письменного стола. Он подумал, что такое кресло здесь не без умысла. Посетители, если они тут бывают, наверняка чувствуют себя неловко в таком положении.

Тарек же напротив расселся в кресле так, что стал и вовсе не виден из-за стола, и Джанаху, вознамерившемуся было сесть за стол, пришлось выбраться из-за стола и устроиться на диване в углу, чтобы лицезреть собеседника.

Ясем тем временем испытывал сонливость после бессонной ночи и нервного напряжения – у Джанаха в доме он ощущал себя в безопасности. Хотя какая безопасность там, где в любой момент в твой дом может прилететь ракета, если тебя сочтут террористом?