Книга Черный халифат, страница 13 – Ирина Дегтярева

— Мы встретимся еще и все обсудим, – завершил разговор курд и кивнул многозначительно.

Чернявый, стоявший за дверью, так же старательно завязал глаза Горюнову, хотя после разговора с Мардини это было, наверное, излишне, и отвез обратно к мосту. К удивлению Петра, удочка лежала там же, где он ее оставил.

2013 год

Горюнов вышел из московского метро с заметно помятым букетиком и направился к автобусной остановке. Полчаса простоял, чувствуя, как похолодало. Ромашки еще больше сникли от колючего осеннего ветра. Петр с брюзгливым выражением лица, ругаясь вполголоса, поймал такси.

— Ну и цены в Москве! – пробормотал он, когда вылез из машины около своего подъезда.

Петр предвкушал горячую ванну, общение с Александрой, возможно, ужин – готовит девушка хорошо. Он ехал в лифте, прислонившись затылком к обитой коричневым пластиком стенке и улыбался. Поймав себя на этом, Горюнов насупился, но тут же рассмеялся. «Ну почему бы мне не жениться? – размечтался он. – Наверное, уже пора».

В благостном расположении духа подошел к двери в общий коридор. Только собрался ее открыть, как сзади к нему подскочили с криком: «Руки за голову!» К этому добавились крепкие выражения, направленные на то, чтобы у задерживаемого не возник соблазн посопротивляться. Тычки в спину совершались не только руками, но и стволом автомата. Глянув искоса, Петр убедился, что это полицейские и вежливо предложил:

— Ребята, удостоверение в кармане. В правом.

Ему поверили, продолжая, однако, держать на прицеле автомата. Удостоверение нашли и отступились.

— Извините, товарищ полковник. Повернитесь, пожалуйста.

Сержант все еще рассматривал удостоверение и, увидев лицо Горюнова, сличив его с фотографией в удостоверении, успокоился окончательно.

— В чем, собственно, дело, сержант? – Петр спрятал протянутое ему удостоверение. Голос его утратил недавнюю вежливость.

— Сигнал поступил… – сержант приблизился к Горюнову. – Ваша соседка. Она сообщила, что у вас есть оружие и литература на арабском, она посчитала, – он хмыкнул, продемонстрировав золотой зуб, – что вы террорист.

Петр прикинул, когда Александра вчера могла заметить пистолет, тем более что тот лежал в запертом сейфе. Эта мысль придала ему ускорение. Забыв про полицейских, он ринулся в квартиру. Одолев замки, торопливо зашел в комнату. Ну, конечно, сейф открыт. Петр заглянул внутрь. Все на месте. Когда торопился вчера в душ, просто-напросто забыл его запереть. Вообще-то там лежали кроме денег кое-какие документы, награды, однако Саша с перепугу увидела только пистолет.

«Вот поэтому с утра убежала, не попрощавшись. Бойкая девица. Сразу полицию высвистала. Бдительная. У меня, может, трепетное, лирическое чувство зарождалось, а она легавых на меня натравила».

Он с сожалением посмотрел на подвявший букет, который бросил на столик под зеркалом в коридоре. Настрой на романтический вечер увял так же, как эти позднеосенние ромашки.

Петр разделся, чтобы идти в душ. В одних трусах босиком прошелся по коридору, поежился. От окна тянуло теперь не морозцем, а сыростью – начал падать мокрый снег. В зеркальную дверцу шкафа-купе Горюнов посмотрел на себя. Весь смуглый, но руки до локтей и лицо казались вовсе черными. Снова заметил, что похудел, и это слегка старило его. На тренированном теле заметнее стали мышцы и вены. «Можно подрабатывать натурщиком, – подумал он самодовольно и тут же с грустью: – Хотя мои честно заработанные сорок три года у меня на физиономии написаны. Хорошо хоть нет седых волос».