Книга Черный халифат, страница 43 – Ирина Дегтярева

Горюнов откинулся на спину на кровати и сразу уснул. * * *

Следующие две недели он провел в лагере под Раккой, где обучали новобранцев. Пыль, солнце, бородатые рожи, пропотевшие камуфляжи и много молодежи – четырнадцати– и даже тринадцатилетние мальчишки.

Но мальчишки они только по возрасту – безбородые, безусые, однако наглые, злые. Отдачей автомата их сносило, но они с завидным упорством стреляли снова и снова…

Женщин обучали отдельно. В дальнем конце большого пыльного плаца. В черных химарах [Химар – одежда, ниспадающая с головы и закрывающая все тело. Предпочтительная одежда мусульманки по шариату] они пылили подолами, были все с закрытыми лицами и в перчатках, выкрикивали что-то воинственно и потрясали автоматами над головой.

Петр попал сюда с подачи Аббаса, хотя тот видел еще в Турции, как Поляк умеет обращаться с оружием (прозвище «Поляк» приклеилось к нему и здесь, хотя, по идее, кроме Аббаса, Зарифы и чеченцев, о его «польском» происхождении никто знать не мог). Однако направил на обучение.

Горюнов решил для себя, что Аббас хотел, чтобы он посмотрел от и до, как функционирует машина подготовки в ИГИЛ.

Петра не считали рядовым игиловцем, а кем-то вроде офицера, если такое понятие могло быть применимо в их отрядах. Попытались было инструкторы гонять его наравне с новичками… Но Петр не скрывал умений и навыков владения различными видами оружия и основами рукопашного боя.

«Пусть гадают, откуда багдадский парикмахер это умеет, – зло подумал он. – А я не собираюсь тут костьми ложиться на их полосе препятствий. Мальцы пускай бегают, играют в солдатики».

Петр видел, как Галиб что-то шепнул инструктору, после чего Горюнов, к досаде и зависти большинства новобранцев, перешел в статус помощника инструктора. Однако своеобразный КМБ все же пришлось проходить до конца.

В один из дней, когда солнце особенно пекло, сюда, на территорию лагеря, прямо на полигон въехал крытый брезентом пыльный грузовичок. Выплюнув облачко вонючего дыма из выхлопной трубы, он застыл около начала полосы препятствий.

Горюнов в этот момент отошел в сторону, чтобы поправить гутру на голове и перевести дыхание в тени приземистого здания арсенала, где оставляли оружие после занятий, тут же было что-то вроде канцелярии.

Поскольку Петр стоял здесь, он успел рассмотреть, как из кузова машины выволокли троих в надетых на головы черных мешках. Затем их повели на плац, и они скрылись из поля зрения Горюнова. Заинтересованный, он пошел следом.

Там, на флагштоке, на ветру развевалось черное знамя ИГИЛ с шахадой – символом веры ислама, состоящей из двух частей: нубуввы – признания Мухаммада пророком и Таухида – тезиса о единобожии. А рядом круг, имитирующий перстень пророка, хранящийся в Топкапе. Под флагом земля была пропитана кровью. Петр догадывался, что это кровь, поскольку тут стоял характерный запах и роились мухи. Теперь, когда людей в мешках на голове привели сюда, он получил подтверждение своему предположению.

Мужчин поставили на колени, руки у них были связаны за спиной. С голов сорвали мешки. Один был смертельно бледен и плакал. Другой испуганно оглядывался по сторонам, щурясь от ослепившего его солнца. Третий смеялся. Его пнули, и он подавленно умолк. Стали подходить новобранцы: кто с любопытством на лицах, кто с азартом, а большинство настороженные, как и Горюнов, державшиеся поодаль. Он догадывался, что за этим последует.