Книга Учеба до гроба, страница 73 – Ольга Пашнина, Валерия Тишакова

— Добрый вечер, – вздохнула я, отплевавшись и вытерев глаза.

Естественно, Сандры нигде не было видно.

* * *

Тяжелый взгляд магистра Смерти будет преследовать меня до самой… смерти. От страха, прямо в этом кабинете, куда нас вместе с косой привел директор. Сам он уселся в свое кресло, сложил руки и вперился в меня взглядом.

И что я должна сделать? Извиниться? Зарыдать? Никак не могла выбрать и в итоге нервно почесывала косу. Скреб-скреб, чуфыр-чуфыр-чуфыр. И так по кругу. Вскоре Смерти это надоело.

— Есть что сказать?

— Я не специально, – вырвалось у меня.

— Что именно? – вежливо уточнил магистр.

Промолчала.

— Попалась не специально? Или занялась незаконным спортом не специально?

Интуиция подсказывала правильный ответ, но… да, я жалела, что попалась, а не что взлетела на косе. Была бы чуть умнее, следила бы и за дорогой. Такое частенько бывало, и патруль ловил незадачливых гонщиков, и на прохожих натыкались. Обычно концов не находили. Чуть что, толпа косогонщиков просто растворялась в темноте. А я вылетела прямо на магистра, да еще и чуть не убила.

— Поздравляю. Скоро откроешь для себя новый вид спорта. Гонки с метлой. Трасса – вся главная аллея. Инвентарь выдаст садовник, только осторожнее, он почему-то сегодня злой. И, Мор, я бессмертен, ты тоже, мы тут долго можем сидеть. Давай так: ты рассказываешь, что это было, а я не говорю ничего твоему отцу.

— А он спросит, за что…

— А я скажу, что ты нахамила преподавателю. Вполне в твоем стиле, как считаешь?

— Считаю, что вы не правы.

— Ага. Но я тут главный, так что… будем отвечать на вопросы? С кем соревновалась?

Молчу. Сдавать своих – последнее дело, пусть даже свои представляют из себя стервозную королевишну.

— Хорошо, тут гадать особо не надо. И что, какой приз?

— От меня отстанут со своими придирками… некоторые люди. – Я долго выбирала, как так все подать, чтобы информации было минимум, но и от отца не получить.

— А если выиграют они?

Такое чувство, что Смерть знает, о чем шел уговор! И нарочно издевается. Я густо покраснела, вскочила и резво заинтересовалась стоящими в шкафу книгами. Как оказалось, это было ошибкой: магистр тоже поднялся и подошел ближе, чем положено преподавателю.

— Ну?

— Проигравший целует вас. На людях.

Тишина. Такая, что вот-вот провалюсь под… паркет. И где-то там останусь, пристыженная и убитая морально.

— И кто же победил?

После паузы я выдавила:

— Вы…

— И кого я должен поцеловать?

Задумалась.

— Такой вариант мы не предусмотрели.

— Что ж…

Магистр придвинулся ближе, а руки обвили мою талию. Позади был шкаф, отступать было некуда, да и накатило странное оцепенение. Мне было любопытно, к чему все идет, и немного волнительно. Дыхание обогрело губы.

Раздался стук, потом звук открывшейся двери. И на миг у Смерти сделалось такое выражение лица, что я поняла: сейчас он убьет вошедшего, и остаток ночи мы будем закапывать труп. К счастью для всех потенциальных участников этой истории, вошедшим оказался папа.

— Надо поговорить, – бросил он Смерти. – Личной жизнью займешься потом.

А затем папа узнал меня, и лицо его приобрело несколько иное выражение. Но Смерть уже успел меня выпустить и отстраниться. Не знаю, что в итоге решил папа: что ему показалось или что еще. Но тему развивать не стал.