Книга Вкусная магия, страница 161 – Ольга Пашнина

— Тебя отстранили от готовки.

— А от вредительства не отстраняли.

— И за что на меня свалилась ты? – Торн возвел глаза к небу.

Но Светлейшей на мольбы этого нахала было плевать: я не растворилась в морозном ночном воздухе, не провалилась сквозь сугроб и даже божественная молния не поразила меня в наказание за издевательства. В общем, уверенность в собственных силах укрепилась, и я даже плечи расправила.

— Видишь линию? – вдруг спросил Торн.

Дом и несколько десятков метров вокруг действительно окружала какая-то хитрая магия. Вспоминалась дорога сюда, когда Торн пугал всякой нечистью. Едва заметный купол над домом, очевидно, ее отпугивал, и хоть магическую преграду не было видно, снег по «нашу» сторону был чуть светлее.

— Ну вижу, и что?

В следующий момент с ехидным хмыком меня вытолкнули за эту линию.

— Торн! – Я возмущенно топнула ногой.

Наверное, это был лишь психологический эффект, но мне показалось, будто лес уставился на меня своими темными глазами. Что-то в лесу словно ждало, когда глупые человечки пересекут запретную черту. Я быстро вспомнила, что магии у меня нет, артефактов тоже, и вообще я как-то в валенках бегать не приучена, и все внутри пробрала ледяная дрожь.

Но взглянув на крайне довольное лицо Торна, я сделала над собой нечеловеческое усилие и приняла скучающий вид.

— Шутки как у первоклассника. Еще бы кнопку мне на стул подложил. И что тут особенного? Стою, ничего не ощущаю.

Это явно была борьба характеров, потому что мы смотрели друг на друга с упорством, не желая уступать. Мне было до дрожи страшно стоять спиной к неприветливому темному лесу, но и показывать этот страх перед Уиллом не хотелось.

А он… Он явно надеялся, что я сдамся, и сейчас не собирался отступать. Думал, я не выдержу первой. Ха-ха! Чтобы женщина да отступила? Меня скорее вурдалак сожрет прежде, чем я попрошу помощи у этого дурака.

Сзади хрустнула ветка. Я чудом удержалась, чтобы не вздрогнуть. С лица Торна сошла довольная усмешка, в один момент он начал смотреть на что-то над моим плечом. Снова хруст, уже ближе – и я не выдержала. Обернулась, ожидая встретиться с горящими кроваво-красными глазами какого-нибудь оборотня, и… увидела только задорно прыгающую по полянке северную птичку.

Торн сложился пополам от хохота.

— Видела бы ты свое лицо, Котлетка!

У меня только пар из ушей валил от злости. Задрав нос, я прошла мимо Уилла в дом. Душу грела только одна мысль: скоро, скоро я отомщу тебе так, что все горняки будут вспоминать это в мемуарах на пенсии!

* * *

Готовить торт решила в следующую ночь, сделав вид, что проглотила идиотскую шутку Торна. Если бы я преподнесла ему кусочек вкуснейшего тортика с волшебным сиропом сразу после, он бы что-то заподозрил. А так я весь день демонстративно его игнорировала, закончила разбор поступлений в библиотеку (и даже протерла полки), дождалась, пока Эрл дотравит глаза, и спокойно пришла на кухню в одиннадцать, когда уставшие работяги разбрелись по комнатам. Кстати, удалось заглянуть в одну из спален, когда я проходила мимо. С ужасом выяснила, что только мне досталась индивидуальная комната. Горняки спали по двое, причем на двухярусной кровати! Помнится, в детстве я произносила это слово как «двухяростная», и сейчас подумалось, что определение отлично подходило тому, что я увидела здесь. Жизнь на втором этаже в небольшой комнате вместе с другим мужиком – поистине повод для двойной ярости.