Книга Принцессы ненавидят драконов, страница 103 – Ольга Пашнина

— Хорошая идея, но нас могут узнать.

— А мы тебе мой блондинистый парик наденем, – хихикнула я. – Главное, не участвуй в подпольных боях, а то разобидится какой-нибудь герцог, проблем не оберешься.

Что же делать с Эртаном? Казнить его жестоко, я же не зверь какой-то, а всего лишь дракон. Может, отправить на север, нести вахту на границе? Или к драконам? Построим там консульство и пусть объясняет, что к приходящим анонимкам с фразой «Икар – дурак!» я не имею никакого отношения.

— Прекрасная идея, всегда мечтал побыть блондином.

Линд бодро направился к дворцу, а я вдруг остановилась, будто налетела на невидимую стену.

— Стой…

— А?

— Я должна тебе кое-что рассказать.

Линд заметно напрягся. Репутация уже давно работала на меня, и после фразы «я должна кое-что сказать» напрягались на всякий случай сразу все, даже Горгоша.

— Ну? Что такое?

— Там, в подземелье, Мардук… Он искал девушку с душой дракона при помощи гортензии, что ты подарил Шарлотте. И когда я оказалась рядом…

— Артефакт сработал, – кивнул Линд. – Знаю.

— Откуда?

— Это очевидно. Мардуку предрекли встречу с девушкой, у которой душа дракона, в человеческом королевстве. Ты одна такая на весь Дортор.

— Значит, я его родственная душа?

— Полагаю, да.

— Тебя это расстраивает?

Закусив губу, я с надеждой смотрела на Линда.

— Нет, Корни. Я не верю в пророчества, как и ты. Зато верю в любовь. И люблю тебя, вне зависимости от того, что говорят артефакты. К тому же кто знает: родственная душа Мардука – ты, но кто твоя родственная душа? Я не хочу положить жизнь на выяснение. Я хочу выяснить это, прожив с тобой рядом долгие годы.

Я слабо улыбнулась.

— Есть еще кое-что. Там, внизу, я дала Мардуку зелье, исцеляющее печали. Я думала, что, возможно, если боль от потери матери и предательства семьи утихнет, он сможет остановиться. И твое пророчество не исполнится. Но Мардук не стал пить зелье, а дал его мне. Когда я спала.

Впервые с тех пор, как мы выбрались из катакомб, в глазах Линда промелькнула боль утраты.

— Что ж, Мардук, похоже, что-то понял. И действительно посчитал тебя родственной душой.

— Но он не позволил себя спасти.

— Но и не дал пророчеству свершиться. Он не погиб от моей руки. Он сделал то, чему ты его научила: изменил свою судьбу.

— Похоже, мне больше не стоит никого учить…

Линд взял меня за руку и ласково погладил по голове, как ребенка.

— В пророчестве, что брат получил в день становления драконом, ему обещали встречу с девушкой, которая раскроет тайну исчезновения драконов. И настанет новая эпоха после долгих веков тьмы. Всю жизнь Мардук положил на то, чтобы найти тебя. Он считал, что сумеет с твоей помощью вернуть драконов, снова подарить людям древний дар. Этим одержим весь наш род. Когда он понял, как ты трактуешь исчезновение магии, когда осознал, что пророчество имеет в виду вовсе не возвращение драконов, а смирение с неизбежным ходом истории, он сдался. И как бы я ни злился на брата за все зло, им совершенное, я благодарен, что он дал тебе зелье. И что не позволил мне стать его убийцей. Пусть в последние часы, но Мардук понял, чего стоят чужие пророчества. Осознал, что судьбу мы можем творить сами. Благодаря тебе.

— И умер. Надеюсь, больше никого не озарит мудростью по моей вине. Ладно. И самое страшное, в чем я должна признаться. Никогда тебе этого не говорила.