Книга Развод по-драконьи, страница 150 – Ольга Пашнина

— Разумеется.

Я почувствовала, как краска заливает лицо, и уткнулась в бокал с вином. Конечно, Оливия в курсе. В нашем мире слишком быстро расходятся слухи. Глупо было надеяться, что Оливия оставит без внимания тот факт, что я едва не угробила всю команду. Она, конечно, не знала, что фактически это сделала Дара. Но если бы я не уснула, то все, что ей удалось бы, – это плюнуть мне в кофе.

Кстати, а вино наливали при мне?

Некоторое время мы ели молча, а потом обсуждали театральный фестиваль в Лесном. И Принс даже показалась мне вполне нормальной девчонкой: ее явно вдохновляла сцена. Жаль, что отец в свое время не разрешил сестре пойти в театральную школу. Она бы наверняка уже добилась успеха и, быть может, недолюбливала меня чуть меньше.

На некоторое время я даже расслабилась и стала наслаждаться ужином, уж что-что, а кормить гостей Оливия умела. Ее знали во всех ресторациях Лесного, и в каждой старались угодить, даже если она требовала невозможного.

Вот только она не была бы собой, если бы не пошла на второй круг.

— Квин, какие у тебя планы?

— Эм… планы?

— На жизнь. На будущее. Не будешь же ты до старости подавать еду.

— Работа Сопровождающей немного сложнее, чем просто разносить еду.

— Несомненно, – криво усмехнулась она. – И все же. У тебя есть хоть какой-то план? Желания? Стремления?

— Есть, – ответил за меня Джулиан. – Она собирается выйти за меня замуж, родить ребенка, а затем вернуться на работу и делать карьеру. Какой именно из этих пунктов плана расписать тебе подробнее?

Мать Джулиана побледнела. Я подавилась салатом, а Браун и Принс наслаждались шоу.

— Прости… Дорогой, ты сказал – выйти замуж? Ты сейчас серьезно?

— Мы еще… – «Не обсуждали это» – хотела было сказать я, но Джулиан, кажется, тщательно готовился к разговору с матерью и что-то такое предполагал.

— Вообще я планировал положить его в десерт, чтобы, как и положено порядочной девушке, Квин не заметила его, проглотила и подавилась, а я бы ее героически спас. Но ты, мама, ужасно нетерпелива. Поэтому да, я планирую жениться на Квин.

Он вытащил из кармана брюк коробочку. Я не удержалась и застонала. Если бы могла начать биться головой об стол, то уже бы билась! Но там предусмотрительно стоял салат.

— Выйдешь за меня? – спросил он, повернувшись.

— Нет! – рявкнула я.

Даже у госпожи Златокрылой от удивления открылся рот, а Джулиан моргнул и нахмурился.

— Что?

— Нет, не выйду! Джулиан, ты что, делаешь мне предложение назло матери?! Чтобы ее позлить?!

— Нет, Квин, я делаю тебе предложение, чтобы каждый в этой комнате понимал: это не временное развлечение и не попытка отыграться за обиду. Ты – моя жена, и оскорблять тебя или обижать никто не смеет. Даже моя собственная мать.

Он без особых сантиментов (даже не встал на одно колено!) надел мне на палец кольцо.

— Вам всем следует уяснить вот что: меня действительно так воспитали, что семья – это семья, и ее не выбирают. Поэтому, пока вы все не переступили грань дозволенного – а это в основном попытки меня убить… – при этом Джулиан многозначительно посмотрел на слегка стушевавшегося Брауна, – то я обеспечиваю вас, поддерживаю и даже иногда люблю. В основном когда пьяный, правда. Я тогда всех люблю. Но если вы будете портить жизнь моей жене, то поток денег в ваши кошельки очень быстро прекратится. Да, мама, даже в твой. Мне надоело, что, пока я работаю, вы тут плетете интриги. Поэтому вот мои новые условия. Ты, дорогой братик, закрываешь рот, перестаешь ходить по интервью, работаешь на «Драконьи авиалинии» – и получаешь щедрую компенсацию моральных страданий и трудного детства. Ты, Принс, перестаешь участвовать в интригах своего папаши, берешься за ум, учишься – и получишь достойную работу и хорошую частную стипендию от моей семьи. Ты, мама, прекращаешь попытки управлять моей жизнью, и тогда в твоей ничего не меняется.