Книга Пропавшая принцесса, страница 135 – Ольга Пашнина

— Моя сестричка решила, что она одна достойна править. Ты еще хочешь узнать, почему я ее недолюбливаю?

— Нужно сообщить Леону, – сказал Кэд. – Думаешь, все уже позади?

— Разумеется, – кивнула я. – Если б у нее был хоть один шанс победить, она бы не сделала подобной глупости. Можешь позвать Карнатара. Не думаю, что они сговорились, он бы не позволил ей так подставиться.

Ответом стал полный ненависти взгляд Жозетт.

— Позови Карнатара, Кэдерн, – подал голос отец. – Пусть допросит ее. Неизвестно, сколько она успела натворить и с кем сговорилась.

— Вот дела, – протянула я. – Как тебе такое нравится, а, Жозетт? Мужчина, в которого ты влюблена с четырнадцати лет, скоро будет тебя допрашивать. В этом есть некое очарование, правда?

Когда Жозетт увели, Карнатар, не сказавший ни слова, но выглядевший очень мрачно, обещал допросить ее лично, без свидетелей и с полной отдачей. Я даже поежилась, представив, что ждет сестру. Впрочем, как и Кэд, я думала, что никаких пыток не понадобится. Жозетт слишком трусливая, чтобы молчать до последнего, и слишком злобная, чтобы позволить тем, кто помогал ей, уйти от наказания.

Король сидел в кабинете на небольшом диванчике, который я помнила очень хорошо. Всегда мечтала посидеть на нем, забравшись с ногами. Мечты сбываются, правда, порой через десятилетия.

Я почти охрипла, рассказывая обо всем, что произошло с момента моего побега. О маме и папе, о поступлении в университет, об отношениях с Кэдерном. Я не стала рассказывать, что Карнатар первым нашел меня, и о том, как именно он меня нашел. Не стала я рассказывать и о Смиле. Его и так ожидало потрясение.

— Ты была счастлива? – спросил отец.

— По большей части да, – ответила я. – У меня была хорошая семья. Лучше вы не смогли бы найти.

— Ты знаешь… – отец побледнел.

— Я услышала ваш разговор с Карнатаром. Вы хотели отдать меня.

— И сбежала.

— Сбежала, – вздохнула я. – Папа, прости меня. Я скучала по дому, правда. Но чем дольше ты вязнешь во лжи, тем сложнее из нее выбраться.

— Дейнатара!

Он обнял меня и погладил по волосам.

— Ты даже не представляешь, как я счастлив, что с тобой все хорошо, моя девочка. Ты останешься? Или уедешь к семье? Я не стану препятствовать, если ты не захочешь оставаться во дворце. Я в огромном долгу перед тобой. И за спасение моей жизни. И за боль, причиненную тебе в детстве.

— Мою семью выслал Карнатар. Они помогли мне, а он их объявил преступниками и выслал…

И я поняла, что проговорилась. Села, испуганно глянула на отца, который застыл на месте.

— О чем ты говоришь? Карнатар выслал твоих родителей? Он ведь не знает, что ты вернулась.

Я закусила губу.

— Отвечай, Дейнатара!

— Он знает. Он заставил меня вернуться.

— Как давно?

— Чуть меньше трех месяцев назад, – пришлось сознаться.

— И он выслал твоих приемных родителей?

Я кивнула.

— Мы вернем их, не беспокойся. – Его голос снова стал ласковым. – А с Карнатаром я разберусь.

Не понравилось мне что-то в этой фразе. То ли интонация, то ли опять накатило предчувствие. Но думать не хотелось. Меня в этой семье впервые в жизни любили, меня слушали!

— Ты любишь Кэдерна? – спросил отец.

— Не знаю. Он хороший. Мне с ним спокойно.

— Он обижает тебя?

Я помедлила, прежде чем ответить.

— Нет, не обижает. Я сама виновата почти во всем. Врала, молчала, притворялась. Отсюда все проблемы. Мы разберемся.