Книга Виктория. Вспомнить себя, страница 16 – Раяна Спорт

— Уверен, моя комната была в списке, — и слегка притянул внутрь, будто без этого жеста я могла бы убежать. Впрочем, бегство было бы весьма кстати.

Я вновь посмотрела на дверь и номерную табличку. Мне и впрямь показалось, что утром метрдотель упоминал эти цифры. Эх, ладно, будь что будет. С виду господин Саагаши не вызывает во мне опасений, а значит не стоит лишний раз бояться неизвестного.

Кивнула и хотела было войти, но вспомнила, что где-то оставила ведро со шваброй. К счастью, обернувшись, обнаружила, что не так далеко. Видимо, там, где начала изучать стены, в нескольких метрах от меня.

Господин Саагаши отпустил меня и отступит, чем дал возможность совладать со своими странными чувствами.

«Позже, корить себя я буду позже. Сейчас надо работать», — шептала я себе под нос, когда, взяв инструментарий, поспешила в номер постояльца.

Признаюсь честно, я даже не представляла о том, как выглядят некоторые номера, занятые клиентами отеля. Думала, все стандартно, также, как и в пустых комнатах. Но нет, нереальность чуть не свалила меня с ног.

Номер представлял собой огромный дом. Нет, не так. Это был словно дворец, облицованный плитами из небесного мрамора. Его фасад, украшенный изящными колоннами в стиле классицизма, возвышался куда-то под своды потолка. Они словно стражи времени, поддерживали массивный карниз, украшенный тончайшей резьбой.

Окна были обрамлены витиеватыми рамами, которые словно обнимали стекла, отражая солнечные лучи и создавая игру света и тени на земле. В некоторых из них можно было увидеть цветные витражи, изображающие сцены из мифов и легенд, которые переливаются всеми цветами радуги при попадании солнечного света.

Внутри «дворца» царила атмосфера величия и спокойствия. Просторные холлы с высокими потолками и мраморными полами вели к уютным залам, где свет мягко лился через большие окна. Стены были украшены картинами известных художников, а антикварная мебель рассказывала о прошедших эпохах.

Это здание — не просто строение, а словно живое произведение искусства, которое дышит историей и вдохновляет каждого, кто пересекает его порог.

Я ахнула от удивления, рефлекторно прижав пальцами губы. Господин Саагаши хмыкнул и, шатаясь, прошел вглубь строения. Я поспешила за ним, откровенно боясь потеряться в закромах столь огромного помещения.

— Я разлил кофе в спальне, — спокойно произнес мужчина, проходя через райский сад в другое крыло здания.

Пару раз я врезалась в колонны, ибо просто не могла оторвать взгляд от той роскоши, которая предстала перед глазами. Когда же мы дошли до покоев, они снова напомнили мне о уже увиденном, о том, что я поймала там, в коридоре. В его покоях была таже подобная роскошь во всех деталях: начиная от канделябров с завитками заканчивая кованой люстрой, что ниспадала чуть ли до середины комнаты.

— Вон там, — указал на подножие кровати господин Саагаши и прошел неровной походкой к столу.

Пока я оттирала темную лужицу, он вновь обратился ко мне.

— Ты здесь недавно, не так ли?

— Угу, — кивнула я, ну а потом осмелела и спросила: — Выдает некачественная работа и растерянность?

— Не только. Скорее твой страх. Я его чувствую за версту.

Я на мгновение остановилась, чтоб осмыслить его слова.

— Меня заперли в этом отеле, не предупредив о его странностях. Уверена, страх — это естественная реакция моего тела.