Книга Виктория. Вспомнить себя, страница 50 – Раяна Спорт

Агни Саагаши же оказался весьма похожим на младшего брата за исключением того, что у этого были прямые волосы, а не волнистые, и губы куда тоньше на вытянутом лице. На нем была легкая туника не по размеру, что, к счастью, теперь прикрывало его мужское естество, но не хвост, который оказался чуть более светлее, чем у принца из отеля.

Едва мне удалось взять себя в руки и унять дрожь, как из меня вырвался гневный возглас:

— Как Вы посмели?!

Самодовольная ухмылка, вновь очень напоминавшая его брата, расползлась по его физиономии. Он был до того восхищен тем, что произошло, что мимолетного взгляда было достаточно. Я же, сидя напротив него всего в нескольких сантиметрах, буквально сотрясалась от пережитого.

— Что? Посмел ли я... использовать тебя?

Голос его звучал с издевкой. Он выпрямился и сделал шаг в сторону, явно готовый в любой момент исчезнуть.

— Вы воспользовались мной как продажной девкой! — мой крик был полон отчаяния и возмущения.

— Дорогуша, ты далеко не первая и уж точно не последняя, — бросил он, постучав пальцем по решетке, словно подводя черту под нашим разговором.

— Где Тарун? — пришел, наконец-то, разумный вопрос в мою голову.

— Там, где ему и место, — ответил Агни, когда к нему подполз слуга-страж в нарядной военной форме. Это говорило о том, что мы скорее всего в камере при дворце. Хотя что проку от этой информации, если я у черта на куличках и понятия не имею, как здесь все устроено и куда мне бежать? Отель ведь уже поменяет свое местоположение через сутки, а я не помню, сколько времени прошло в галлюцинациях.

Страж провел рукой по стене, отчего дверь решетки приоткрылась. Страж был значительно старше короля, возможно, даже помнил его младенцем. Но этикет, этот незыблемый фундамент социального строя, требовал подчинения. С тяжелым вздохом, он опустил седую голову, открывая проход перед молодым монархом и жестом пригласил его пройти вперед.

Меня пробрал озноб, не только от сырости подземелья, но и от навалившейся усталости. Да-да, я устала подстраиваться под этот чуждый мне мир, бороться каждый день за свою жизни и не знать, когда эта борьба придет к логическому завершению.

Слезы невольно покатились по щекам, оставляя мокрые дорожки. Возможно, следовало бы нагнать короля пока не поздно и попытаться расспросить его обо всем, но я уверена, он бы лишь рассмеялся мне в лицо.

Насколько это возможно я прикрылась своим платьем: натягивать его у меня не было сил. Одежда создана, что б прикрывать наготу и стыд, а я упала уже ниже некуда. Меня пронзили мысли о том, как некая женщина толкует мне о скромности и правильном поведении с мужчиной, с которым нельзя оставаться наедине, если мы не скреплены узами священного брака. Кто это женщина была для меня, наверное, я никогда не узнаю, равно как и то, что никогда не стану прежней версией Изи.

Смысл сейчас делать вид, что я чиста и непорочна. У меня ничего не осталось: ни дома, ни себя. Что я вообще здесь делаю? Где мое прошлое? И куда меня ведет эта странная судьба? Раньше я думала, что все это лишь к лучшему, что у всего есть смысл, некий божий замысел, о котором рассказывала Охра, когда вязала пред камином. Но где был бог, когда измывались не только над моим телом, но и над моей душой?

Немного придя в себя, начала вспоминать произошедшее, но уже осмысленно. Тарун. Король сказал, что там, где ему и место. Что это значит? Погребен? Сожжен? Расчленен? Хотя какая теперь разница, я вряд ли выберусь отсюда живой.