Книга Виктория. Вспомнить себя 2, страница 110 – Раяна Спорт

— Она показала мне то, что мог знать только я.

— Что например? — переходил на крик Себастиан. Я его еще ни разу не видела в гневе, и меня почему-то не пугали его слова на более высоких интонациях. Я была уверена, что это лишь крик души, а не разъяренный зверь, что пытается вылезти наружу.

Француа выкрикнул ему в ответ, уже не фильтруя и не смягчая фраз.

— Я тогда был как раз на рынке и видел, как Аурелия превратила тебя в здание! И скажу больше, я мог ей помешать, но не сделал этого! Да, я как раз был у нее за спиной, но ты, напыщенный петух, не обратил на меня внимания!

Себастиана будто пнули в грудь, отчего он осел на кровати. Такого предательства от брата он явно не ожидал.

— Почему ты думаешь, я все это время был с тобой, засранец?! Почему не бросил?! — и не дожидаясь ответа, продолжил: — Да потому что совесть мне не давала оставить все как есть.

— Ты мог проследить за Аурелией, — тихо сказала я. — Ты же знал, кто его заколдовал.

Француа некрасиво рассмеялся.

— Да, мог. Но в первое время не хотел. — И обращаясь вновь к Себастиану: — Да, я не хотел тебя сразу возвращать к жизни. Мне нравились твои страдания. Наконец-то, великий и прекрасный Себастиан повержен и ни кем иным, как своими амбициями! — чуть не сплевывал слова Француа. — А когда я натешился, я уже не смог найти ведьму. Она словно сквозь землю провалилась!

— Таласи уже обратил ее в Анджали, — сделала я вывод.

— Кто такая Анджали? Да хотя мне все равно. Ведь на тот момент я начал искать уже альтернативные методы «лечения», но безуспешно.

Себастиан молчал. Его взгляд был потерянным, и выглядел он как побитая собака. Не каждый день тебя придает родной брат.

Француа отвернулся к окну. После столь громких и неприятных слов, после стольких лет сокрытия сей информации, его плечи поникли. Он будто высох. Как бы больно не сделал сейчас, все это время эта же боль грызла его самого.

Я подсела к Себастиану. Не зная, что сказать, предпочла просто приобнять его.

Тишина в помещении была густой, будто ее пропитали магией. Однако несущей в себе скорее уныние и обиды, чем радость.

— Я нашел ключ, — гулко произнес Себастиан, что я не сразу поняла смысл его слов.

— Что? — переспросила я.

— Я открыл сейф, — посмотрев на меня, уголком губ улыбнулся он. — У нас есть немного денег. Мы еще успеем проверить теорию слов этой ясновидящей.

Мы обходили лавку за лавкой, но, как на зло, из множества предлагаемых не могли найти подходящих камней. Себастиан настаивал на необходимости их первозданной формы, а не на ограненных, изделия из которых предлагали нам торговцы. Только вот в тексте об этом и не было написано ни слово!

Солнце уже поднималось высоко, его лучи становились все более настойчивыми, а я чувствовала, как надежда ускользает. Отчаяние подкрадывалось, нашептывая о том, что, возможно, мне суждено провести здесь еще несколько долгих месяцев, до самого следующего солнцестояния. Чтобы хоть как-то заглушить этот тревожный голос в своей душе, я заказала себе чашку обжигающе горького кофе. Присев за столик, пила его запивая сладкими кубиками сахара, словно пытаясь найти утешение в этом простом ритуале.

Себастиан, тем временем, исчез, оставив меня наедине с моими мыслями и витавшем в округе ароматом специй. Он отправился на поиски последнего, как он выразился, "верного" места, которое, по его воспоминаниям, могло таить в себе искомое. Но семь лет — это долгий срок, и мир вокруг менялся с неумолимой скоростью. Его знания, некогда точные и надежные, теперь могли оказаться лишь бледным отголоском прошлого.