Книга Виктория. Вспомнить себя 2, страница 8 – Раяна Спорт

— Только не говори, что ты забыл, — пожала я плечами и поспешила к двери.

— Одна ты никуда не пойдешь, — крикнул он и обратился к гостю: — Ваши ключи, сеньор. Номер 3012 — виды изумительные, уверен вы оцените по достоинству, — последние слова он, улыбаясь от уха до уха, сообщил гостю.

Насколько я помнила этот номер, если мне не изменяет память после стольких лет моего отсутствия, интерьер комнаты был отдаленной картинкой из моря Блаше: пляж, солнце и блаженная нега от безмятежности. Если все верно, то этот клиент и впрямь должен был быть довольным.

— И с кем же это я пойду? Уж не с тобой ли? — усмехнулась я, представив наше совместное приключение, где каждый шаг контролируется типом, которого я ненавидела всеми фибрами своей души. Сама не понимаю отчего же во мне это зудит, но подумать об этом пока не было времени.

— Мечтай дальше о моей прекрасной компании, деточка! Иж чего захотела! — закатывая глаза, поправил свои тонкие усики Француа.

Он сегодня вновь напялил сомбреро. Если бы я располагала большим временем, то непременно попыталась бы выяснить с какими событиями или некими ритуалами связанна данная его традиция.

— Ты забыла моего брата.

Я хотела было рассмеяться, но заметила, что метрдотель весьма серьезен. Он не стал провожать гостя, как делал обычно, а значит на то у него действительно была веская причина.

Заросшее существо, не сказав более не слова, шаркающей походкой начало свое шествие по лестнице. Для такого типа это было, наверное, обычным делом.

— А как ты собиралась его вызволять от проклятия?

Невольно в голове вспыхнуло воспоминание. Точнее пронесся голос, да с таким тоном, будто я ничего не понимающая глупышка. Были и еще голоса, которые то и дело удивлялись, как я могу чего-то не знать.

— Сим-сим, появись! — похлопала я как могла в ладони рядом с головой, которые издали лишь слабый звук, ибо были в теплых перчатках. Да и вообще я изрядно начала потеть и глупость происходящего меня уже не забавляла, отчего сарказм все более сложнее было удержать за зубами.

Француа скорчил такую гримасу, словно разочаровался в моей адекватности.

— Себастиан — дух этого здания, — прошипел Француа, оглядываясь по сторонам и проверяя, не подслушивает ли кто нас. — Да, он бесспорно привязан к зданию, но если ты возьмешь часть отеля с собой, тооо…

Мужчина выжидательно растянул последнее слово, будто я должна была договорить. Но я не хотела играть в его игры. Мой мозг лихорадочно переваривал то, что он только что произнес и находил выход из сложившейся ситуации.

— Ваза подойдет? — махнула на я маленькую фарфоровую бутылку с высохшей ромашкой, что стояла на ресепшене.

Плечи метрдотеля поникли, уголки губ «слетели» вниз, будто их потянули за нитки с привязанными грузиками.

— Ваза? Ну вот ты сейчас это серьезно? — кивал он, произнося каждое слово.

— Часть отеля, — выдохнула я, сдаваясь.

— Именно, а не это дерьмо, что подкинула мне Моррис из закромов своего дряхлого чемодана, пытаясь загладить свою вину после того, как спутала номера и отдраила не тот, что нужно.

Предположу, что Моррис — одна из горничных, однако спрашивать об этом не имело смысла, как не имело смысла то, что я все же ей посочувствовала, ибо как не мне понять всю глубину ее страха пред сильнейшими. Кто-кто, а Француа никогда не передаст ей ни слова, мною сказанные.