Книга Виктория. Вспомнить себя 2, страница 84 – Раяна Спорт

— Это за моего брата, божественное отребье!

— Не будь таким самоуверенным, демон, ты меня не знаешь! А он заслужил смерть! Все эти годы, что я была в его плену, стоило того, чтоб увидеть, как он горит в огне ведьмы из иного мира…

И много-много слов между ними, что удивляли мое воображение своим сквернословием.

Чем ближе я подходила к дереву, тем сложнее мне было ступать. Каждый шаг давался с трудом, будто на ногах повязли гири или кандалы.

«Почему я не замечала его раньше? Ведь оно так не вписывалось в общую картину ухоженного сада?» — мысленно задавалась я вопросом, но продолжала к нему идти.

— Эта тьма, что выросла здесь, как побочный эффект магии Аурелии, — подсказал мне Керуб.

Пропитанная «молоком тьмы», оно чувствовало меня, отталкивало, я будто слышала его голос, что заунывно звал хозяйку на помощь, однако Таласи вовсю ее отвлекал все новыми, новыми ударами, не давая и продохнуть.

И вот когда до яблони оставалось пару метров, я поняла, что смогу уничтожить его.

«Бей в корень», — вновь посоветовал мне Себастиан. — «Мы питали его кровью наших жертв. Осуши его!»

Господи, какая мерзость!

«Я сожалею о своих деяниях», — произнес Себастиан так, словно прощался со мной.

И тут меня прошибло холодным потом. Я вспомнила о времени. Конечно же оно подходило к концу! Мы так давно его не продляли! Вот же черт!

Анджали продляла его, потому что знала: если Себастиан умрет, то я не стану идти до конца. А я была ей нужна. Не знаю для чего, хотя возможно, как шанс попасть на небеса, в свой пантеон.

— Не время для размышлений, женщина! — напомнил о себе Керуб.

«Только не смей умирать, Себастиан, когда мы так близки к победе!» — шикнула я на доску, повернув голову в сторону его одиноко приставленной персоне.

Я вдохнула магию, что окружала меня (в частности, использовав именно магию яблони, ибо именно она была источником этого сада), будто профильтровала ее внутри и, прицелившись к корням, ударила в нее чистой энергией. Иначе бы не смогла, это было необходимо, чтоб ранить ее.

Признаться честно, я не надеялась на успех, однако он не заставил себя ждать. Когда в ее кореньях образовалась щель, а барьер ослаб, я со всей силы понеслась к ней. У меня на тот момент была одна цель — упасть к ее «ног» и всеми фибрами своей души и тела впитать в себя все, что оттуда выходило.

И боже, это было ужасно! Все муки и ужасы жертв, вскормленных дереву, их крики и страхи, боль и отчаяние — все это медленно вливалось в мои жилы, принося адские истязания моей душе.

Наверное, я вопила, не могу сказать точно, потому что чувствовала я лишь то, что меня раздирало на части. Когда же, наконец-то, это закончилось, я свалилась на землю на некоторое время потеряла сознание.

— Вставай, Изи, вставай, не время лежать при смерти, — пинал меня изнутри Керуб, поддувая ветром белоснежных крыльев. — Битва во всем разгаре, а ты прохлаждаешься!

Я была настолько раздавлена, что даже ответить ему что-то едкое в форме «если ты не заметил, через меня ад пропустили только что», не было сил. Я лежала, смотря на звездное небо. Оно было до того прекрасно в своей гармонии, неотразимости и безграничности, что одинокая слеза скатилась из моих глаз.

«Изи» — прохрипел знакомый голос в голове, — «Изи, мне кажется, я умираю».