Книга Пленница дракона. Клятва против сердца, страница 24 – Кристина Юраш

Я смогу вылечить эту рану. Если постараюсь, то даже за один раз. Мне как раз попалось что-то похожее на экзамене. И я сдала его на отлично.

Могу. Но хочу ли?

Я подняла глаза. Его рука всё ещё сжимала нож. Лезвие лежало на ладони, готовое. Лёгкое. Его пальцы, обтянутые чёрной кожей перчатки, не дрожали.

Дыхание было ровным. Он не смотрел на рану. Смотрел на мои руки. На то, как они двигаются. Как я дышу.

Он изучал меня. Как механизм, который он только что запустил.

И в этот миг до меня дошло. Больно. Резко. Без иллюзий.

Если я откажусь — клятва будет ломать меня изнутри. Ломать кости, выжигать нервы, пока я сама не стану умолять о смерти.

Если я соглашусь, если вылечу его…

Я посмотрела на нож. Потом на его маску. На тлеющие угли в прорезях.

Он убьёт меня. Как ненужную вещь. Как использованный инструмент. Как только магия сделает своё дело, я буду мертва.

Я двигался по коридорам без звука.

Камень глотал шаги, старые своды возвращали лишь эхо ветра, застрявшего в расщелинах. Цитадель была скелетом забытой эпохи, но я знал каждый сквозняк, каждую трещину в кладке.

Это было место, где веками прятали ошибки. Место, откуда не выходили живыми. Огромная каменная могила, в которой хоронили заживо.

Я шёл за ней. Не потому что боялся побега. Бежать отсюда, если у тебя нет крыльев, невозможно.

Я шёл за ней, чтобы понять, что она сделает, когда дверь останется незапертой. Потому что неподвижность добычи всегда предваряет либо полезное действие, либо разрушительное.

Я нашёл её у восточного парапета.

Ветер здесь был живым существом: рвал сухую траву, гнал пыль по отёсанному камню, нёс запах мокрой хвои и древней магии, которая все еще укрывало это место от посторонних глаз.

Она стояла спиной ко мне. Мантия, некогда белая, теперь выглядела жалко от грязи и запёкшейся крови. Плечи были прямыми. Не дрожали.

Я остановился в десяти шагах. Давал молчанию растянуться.

Что она сделает?

Она сделала шаг. Гравий хрустнул под сапогом. Небольшой камень сорвался, покатился по склону и исчез в белой мгле. Я отсчитал секунды падения. Я знал глубину пропасти. Она кажется почти бездонной. Но я смотрел, что там в самом низу. Скелеты, оружие. Словно когда-то давно это место пытались штурмовать. Вероятно, чтобы вызволить кого-то.

Она наклонилась вперёд. Всего на дюйм. Достаточно.

И в этот момент я почувствовал то, чего не чувствовал никогда.

Словно невидимый удар в грудь, выбивший воздух из легких.

Грудная клетка схлопнулась.

Холодная струна натянулась за рёбрами, вибрируя на частоте, для которой у меня не было названия.

Ноги двинулись раньше, чем мозг успел все осознать. Я быстро пересёк площадку до того, как упавший камень коснулся дна.

Пальцы сомкнулись на её предплечье. Кость. Ткань. Жар. Рывок был резким, слишком быстрым, лишённым расчёта. Она выдохнула сквозь зубы. Моя хватка не ослабла.

Я держал ее. Крепко. Чувствовал её пульс под кожей.

Частый, рваный. Мой собственный ритм сердца сбился. Впервые на моей памяти.

Пальцы в чёрной коже дрогнули.

Я смотрел на свою руку, застывшую на ее плече. Перчатка казалась чужой. Зачем я рванул?

Логика была прозрачной: падение значит смерть. Смерть значит нет целительницы. А отсутствие целителя означало, что рана загноится и слабость вернётся.