Книга Пленница дракона. Клятва против сердца, страница 39 – Кристина Юраш

И тут же стекло взорвалось.

Негромко. Сухой, короткий треск, похожий на ломание льда. Осколки с тихим, зловещим шипением впились в магическую преграду, застряли в ней, мерцая тусклым хищным серебром. Я видела это краем сознания — крошечные осколки, застывшие в золотистом мареве, как мухи в янтаре.

Щит держался. Держался на честном слове, на последних крохах моей силы, на чистом упрямстве.

Я держала его силой воли, чувствуя, как магия вытягивает из меня не просто энергию, а уже саму жизнь. Тепло уходило из кончиков пальцев, из щек, из груди. Холод поднимался от костей, тяжелый, свинцовый.

Держись. Еще чуть-чуть. Просто не отпускай.

Но тело уже не слушалось. Темнота закрадывалась с краев зрения, густая, бархатная, неотвратимая.

Последнее, что я осознала — это звук. Тихий, почти нежный звон, с которым последний осколок коснулся щита и замер.

А потом — только падение. Мягкое, бесконечное, в теплую, плотную темноту.

Сознание возвращалось неохотно, вязко, как сквозь густой мед.

Сначала — запах. Сосновая смола, старая пыль, едва уловимый запах магии. Запах озона. Потом — ощущение. Тяжелое, теплое одеяло, прижимающее меня к матрасу. Мягкая ткань подушки под щекой.

Я попыталась пошевелить пальцами. Они отозвались тупой, отдаленной тяжестью. Веки были свинцовыми. Я открыла их с усилием, и мир предстал размытым, приглушенным, словно я смотрю на него сквозь толщу воды.

Потолок. Темные балки. Тусклый свет, льющийся откуда-то сбоку.

Я медленно, с трудом повернула голову. Голова раскалывалась. В горле мгновенно пересохло.

Комната. Та самая, в которой я очнулась впервые. Камин, теперь холодный и темный.

И он.

Мой похититель.

Стоял у столика. Спиной ко мне. В черном камзоле, без плаща. Маска на лице — темная, непроницаемая, скрывающая все. Он что-то делал со столом — медленно, методично, его движения были лишены суеты, почти ритуальны.

Дверь в ванную была распахнута настежь. Оттуда тянуло сыростью.

Я посмотрела на свою грудь. Это он? Он накрыл меня одеялом? Одеялом. Серьезно?

Мысль уколола острой, непонятной иглой. Просто — факт. Он нашел меня без сознания. Перенес на кровать. Укрыл. Не бросил. Не связал. Не оставил истекать магией на холодном полу.

Почему?

Я посмотрела на него, словно пытаясь найти ответ на этот вопрос. Словно его силуэт что-то подскажет мне. Хотя зачем я это делаю? Я же должна его ненавидеть.

Но он был близко. Слишком. Воздух вокруг сгустился, стал плотным, наэлектризованным. Моё тело отреагировало раньше разума: дыхание затаилось, мышцы спины напряглись, а в животе снова вспыхнул тот самый липкий жар. Я попыталась отстраниться, сжать одеяло, но пальцы только глубже впились в ткань.

Я смотрела на его плечи и ненавидела себя за то, что часть меня всё ещё помнила, как он нес меня на руках. И моё сердце, вместо того чтобы замереть от ужаса, начало биться чаще, требуя чего-то, чего я не могла назвать.

«Это не я», — пронеслось в голове, холодное и паническое. «Это травма. Это резонанс. Это выгоревшая нервная система ищет опору. Не доверяй ему. Не доверяй себе! Никому не доверяй!».

Я попыталась привстать, опереться на локоть. Тело отозвалось глухой, разлитой болью во всех мышцах, головокружением, накатившей новой волной тошноты. Но я заставила себя приподняться — хотя бы на несколько дюймов.