Книга Злодей моей мечты, страница 62 – Кира Лин

Не доверяет никому? Тогда почему здесь прячет? Видимо, в кабинете часто бывают его подельники, а он жутко осторожен. После того, что узнала о его прошлом, думаю, он никого не подпускает слишком близко. И уж точно имеет множество секретов.

— Ну и чем же ты, Тенаргос, тут занимаешься? — бормочу, присаживаясь на подлокотник кресла, стряхивая пыль с подола.

И случайно нахожу на полу выпавшую из одной из книг заметку: «Поставщик артефактов отказался. Проверить связь с В.»

В? Вельторн?

Прикусываю губу и осторожно складываю записку обратно в жуткую книгу, как будто случайно увидела чей-то кошелёк с золотом — вроде и не брала, а неловко.

В какой-то момент ловлю себя на том, что уже не убираюсь. Я вчитываюсь. Перебираю. Погружаюсь. В этот мрак, в этот порядок, в эти лабиринты мыслей Райвена.

Пока одна из книг не щёлкает цепочкой и не двигается на полсантиметра.

— Всё, хватит. Я и так тут единственная нормальная, не хватало ещё, чтобы меня сожрала энциклопедия по чёрной магии.

Собираю свои тряпки, складываю бумаги и пытаюсь сделать вид, что ничего интересного не заметила.

Напоследок осматриваю помещение. Стало заметно светлее, пыль танцует в лучах, мебель кажется менее мрачной. Даже статуя у камина теперь выглядит не такой враждебной.

— Так, здесь срочно нужны цветы, — принимаю решение и бегу в сад.

Там — клумбы, яркие, свежие, ароматные. Я не знаю, какие цветы с чем сочетаются, поэтому срываю всё, что нравится. Возвращаюсь и ставлю цветы в старинные вазы, которые с трудом отмываю, и расставляю их по комнате.

Если Райвен придёт и скажет, что ему не нравится, я... я... ну, в крайнем случае, снова его поцелую. Пусть молчит, вот!

Перед влажной уборкой аккуратно расставляю книги по алфавиту. Или, скорее, пытаюсь. Учитывая, что половина этих фолиантов написана на древнем языке, вторая половина вообще без названий, а некоторые — с такими названиями, что у меня нервно дёргается глаз.

Что, например, «Психоэнергетическая модификация тел в условиях магического голода» вообще делает в одной библиотеке с «Проклятиями семейной линии: способы выявления и нейтрализации»?

— Да ну вас к ехиднам, — бурчу я, вытирая лоб рукавом.

Возвращаю книги на место, отхожу назад, чтобы полюбоваться порядком… и задеваю ведро с водой, оставленное у стены. Оно переворачивается со звуком «бульк» и щедро поливает пол и мои туфли. Я поднимаю глаза к потолку. Ну вот, опять!

И так некстати под окнами что-то шелестит.

Сначала я думаю, что это сквозняк. Всё-таки окна распахнуты, шторы колышутся… Но потом до меня доносится голос, от которого по коже бегут мурашки.

— Дафна!..

Замираю. Этого не может быть. Просто не может быть!

Моргаю, выпрямляюсь и на негнущихся ногах подхожу к окну.

Шелест листьев, хруст мелких веток. Пение птичек. И... снова:

— Дафна, слышишь? Это я.

Мартин. Твою же!

Мир словно резко теряет краски и рушится. Я хватаюсь за подоконник. Руки дрожат. Осторожно выглядываю наружу, и сердце ухает в пятки.

Правда, он! Стоит внизу, под балконом, у живой изгороди. В запылённой одежде, с растрёпанными волосами, но с той самой улыбкой, с которой под окна отцовского дома серенады пел!

— Мартин?! — выдыхаю я. И тут же отступаю от окна, зажмурившись. Обхватываю себя руками.

Будто это заставит его исчезнуть.