Книга Это развод, мой герцог!, страница 139 – Наталья Варварова

Удар на загляденье. Герцог слегка отпрянул. Но от второго успел увернуться.

Сердце демона, действительно, теперь не мешало. Клятые высшие... Я и забыла об этой их особенности. Желал Вельзевул или нет, но вместе с любовью он вручал избраннице свою жизнь. И повлиять на это не мог никак.

Кровь помчалась во мне с удвоенным рвением. Я излучала энергию и азарт. Половина ложа уже выглядывала в выбитое вместе с рамой окно.

Он продлил защиту дальше. Еще на несколько комнат. И это хорошо, но как же жаль коллекционную мебель. На заказ новую будут делать несколько месяцев, не меньше.

Грустя, я выдернула из петель ореховую дверь с золотистым отливом. Ее отполировали как надо только с третьего раза — дважды приходилось со скандалом возвращать заказ… По центру полотна шел вырезанный вручную орнамент… Точный бросок — и оттуда торчала голова Вельзевула.

Глаза заволокло слезами. Мы почти никогда не устраивали разборок вне дома. И каждый раз я рушила здесь то, что мне дорого. Уют, который так тщательно создавала.

— Не переживай, крошка. Не надо захламляться. Ты сделаешь новый ремонт на мои деньги. Ни в чем себе не отказывай.

Рогами он зацепил люстру из аразинского стекла, которая, конечно, не соответствовала роскошью моей уютной спаленке — но я обожала каждый рожок с филигранной резьбой, каждый подвес.

Цепочки кристаллов зазвенели в загробной песне. Люстра ухнула вниз.

— Безвкусица, — припечатал муж. Бывший муж, кстати.

С воем, больше не закрываясь, я бросилась на него. Когда-нибудь удача будет на моей стороне, и я сотру эту мерзкую улыбочку.

Демонстративно целилась головой в живот. Демон играючи увернулся, но я когтями зацепила ему бочину. Брызнула кровь. Я тут же была перехвачена в воздухе рукой крепче любого топора. Меня будто перерубило пополам, и я грохнулась на жалкие остатки письменного стола, четырех гарнитурных стульев и трельяжа, когда-то украшавшего будуар императрицы Ланулии, правящей в одном из нейтральных миров.

— Куколка моя, — громыхнул демон над головой. Он тащил меня за левую ногу прочь из комнаты. — Это здорово, что ты наконец размялась. Нельзя так долго не драться. Мозг становится слишком тяжелым. Это вредно для твоего красивого личика.

Я скалилась. Все равно ему придется разжать руки. Бок у него кровил, но разве эта дурина заметит…

— Мои волосы, ты, мушиный пыхгррля. Ты тащишь вместе с ними тумбочку. Я лишусь половины прически.

Он проигнорировал мои слова. Ненавижу. Вместо этого герцог разговаривал сам собой:

— Слуг в доме нет. Беррион позаботилась. Сына отнесла спать во вторую половину дома, в свою комнату… Я редко произношу нечто столь кощунственное, но пора прибавить ей жалование.

Попробовала извернуться и вцепиться ему в заднюю поверхность бедра. Эх, мои зубы и вполовину не такие смертоносные, как у него. Он уловил движение и ткнул пяткой в грудь, уложив обратно на пол.

Каждый раз наше сражение напоминает бой карлика и циклопа. Но это не значит, что я сдамся!

— Малыш, ты хочешь прямо здесь? Я думал дотащить тебя к столу для приемов. Может, он выдержит минуты две. С другой стороны, это несущая стена. Самый надежный вариант… Стол отложим на сладкое, когда ты будешь ворковать на каждую ласку, как горлица.

Моему рычанию могла бы позавидовать любая принцесса из колена Таракаты. Во-первых, какая у него чистота, во-вторых — угроза, полная подлинной ярости… А еще предчувствие поражения в нем смешивалось с дичайший удовольствием.