Книга Внимание, разряд, страница 85 – Александра Седова

Осматриваю порез на запястье. Даже зашивать не надо — поверхностное повреждение, не затрагивающее глубокие слои кожи и сосуды.

— С вами всё хорошо, — заявляю уверенно, снимая перчатки. — Могу предложить укол седативного препарата для снятия эмоционального напряжения.

Голос звучит холодно и раздражённо, потому что человеческие чувства в груди оживают, трещат по швам сшитой из лоскутов души: нужно ехать туда, где моя помощь реально нужна. А я здесь… Как нянька!

Парень, стоя в дверном проёме, громко усмехается, крутит пальцем у виска, посылая взглядом свою девушку. Та в ответ ещё сильнее ревёт.

— Вы хотите моей смерти?! — орёт на меня. — Вы врачи, вы клятву давали! Я умираю! У меня кровотечение! Вы обязаны мне помочь! Мне нужно в больницу!

— Обязательно, — киваю. — Санька, вызывай бригаду неотложной помощи.

Девушка тут же затихла. Её парень замер, с интересом наблюдая за происходящим драмтеатром.

— Зачем неотложка? — шепчет испуганно пациентка.

— Все пациенты с попыткой суицида направляются на психиатрическое освидетельствование для оценки психического состояния и определения необходимости стационарной помощи. А вы ведёте себя возбуждённо: кричите, находитесь в состоянии истерики, не даёте поставить укол седативного. — Стараюсь говорить строго, без эмоций, но всё же выходит с нажимом. — Так что? — придавливаю её взглядом. — Едем на освидетельствование?

— Нет, — приходит в себя моментально.

— Тогда распишитесь в акте оказания медицинской помощи, и до свидания! — Киваю Саньке, чтобы дал ей акт на подпись, а сама уже бегу к входной двери.

Санька догоняет у машины. Перекурить хочет, как всегда после вызова, но в карету прыгает. Нервничает.

Свет, музыка — погнали к швейной фабрике.

Подъехать ближе невозможно из-за пожарных машин и уже оккупировавших территорию автомобилей скорой медицинской помощи.

Столб серого дыма из-за ветра рассеивается сразу над крышей, стелится по улице, разъедает глаза свидетелям.

Вижу знакомые кудри под пожарной каской на затылке. Бегу к Игорю. Мы познакомились примерно год назад на совместном вызове.

— Игореш, что там? — подбегаю.

— Ещё не всех эвакуировали, — отвечает, надевая противогаз. — Рит, сиди здесь! Вашим приказано оказывать помощь тем, кого выводят, — бубнит через противогаз и срывается внутрь горящего здания.

Языки пламени с голодом лижут его костюм, пытаются укусить, проникнуть под огнеупорную ткань, коснуться кожи или хотя бы опалить волосы. К слову, у Игоря ресницы и брови уже не растут: несколько раз опалял лицо в огне — после этого перестали расти. Но, несмотря на эту внешнюю особенность, парень довольно симпатичный, крепкий, обаятельный.

Наши караулят у ворот. Хватают первых раненых, оказывают первую помощь, увозят. Работают слаженно — алгоритм действий, подкреплённый опытом.

— О, Ритка, привет, — друг Игоря здоровается. — Смотри не лезь! — предупреждает строго и следом за товарищем устремляется в адское пламя, рискуя собственной жизнью ради спасения других.

Слишком хорошо меня знают?

Не собираюсь я в пекло. Устав знаю не хуже них.

Переминаюсь с ноги на ногу, ловлю носом сигаретный дым от Саньки, что рядом стоит.

— Помогите! — истошный вопль, летящий с торца швейной фабрики, выключает сознание.

Бросаю взгляд в сторону звука и вижу женщину в обгоревших лохмотьях, ползущую по снегу у горящей стены.