Книга Если ты позволишь, страница 108 – Вирсавия Вайс

— Не смей! — кричу я, сжимая руки в кулаки. — Не смей меня трогать! Я его жена! Его! Не твоя!

Слёзы льются из глаз. Я разворачиваюсь и иду к лифту. Ноги не держат, каждую секунду риск упасть возрастает. Меня качает из стороны в сторону. Я чувствую его яростный взгляд, прожигающий меня насквозь. Он почувствовал! Он услышал отклик моего тела! Он всё понял! И мы оба это знаем! Нет больше границы! Бежать, как можно дальше, не оглядываясь!

— Оля, прости! — Голос Тагира бьёт наотмашь по нервам.

Я мотаю головой и жму на кнопку вызова, закидывая голову вверх.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… — шепчу я, чувствуя, как паника накрывает меня удушливой волной. — Пусть он стоит там. Пусть он стоит. Пожалуйста! Не позволь ему…

Слёзы ручьём, мозг проигрывает битву с телом, проигрывает безвозвратно! И я взываю, прошу ЕГО не дать мне это сделать.

— Господи, останови его, не дай ему!

Пальцы с остервенением нажимают кнопку вызова. Он приближается очень медленно, но каждый его шаг отдаётся электрическим разрядом в моём теле. Даже не оглядываясь, я знаю, что он рядом.

— Оля. — Тихо, низко, осязаемо.

Гормональный фон орёт дурниной, сводя пальцы, наполняя влагой, скручивая до стона.

— Да где этот чёртов лифт! — Шиплю я сквозь зубы, отбивая чечётку каблуками по керамограниту. — Давай!

Пальцы остервенело жмут кнопку.

— Оля.

Боковым зрением вижу его руку, которая тянется вперёд и накрывает мои пальцы, жмущие кнопку вызова. Вторая рука обхватывает меня за талию и притягивает к горячему телу, крепко прижимая меня к нему, заставляя почувствовать всю силу пульсирующего желания, упирающегося в поясницу.

— Не надо. — Всхлипываю я. — Тагир, не надо. Я возненавижу тебя, ты слышишь?

— Я потерплю, Оля. — Шепчет он, касаясь языком кожи за ухом, покусывая мочку. — Я потерплю. Я живу почти полгода с твоей ненавистью, больнее не станет.

Звонок подъехавшего лифта звучит набатом.

— Нет, — бьётся мысль в голове, затуманенной гормонами. — Не останавливайся, не открывайся. Нам нельзя вдвоём в лифт. Нельзя!

— Тагир! Я прошу тебя! — Всхлип переходит в тихий плач.

Я знаю, он всё решил и уже не отступит.

— Я буду нежен, Оленька.

Двери лифта открываются, как ворота в адское пекло, и мы делаем шаг.

Он подталкивает меня в спину, буквально вносит в маленькое пространство кабины, прижимая к стене, распластывая по ней, разводя коленом ноги.

— Придержите лифт! Молодой человек! Придержите лифт!

Я вздрагиваю и чувствую невероятное облегчение, которое, как ледяная вода, окатывает меня, приводя в чувство.

— Су-у-у-ка…Вовремя, блядь! - шипит Зайкалов в ухо, прижимаясь ко мне всем телом.

— Благодарю!

В лифт вплыла дама лет шестидесяти, одетая с иголочки, с идеальной подтянутой фигурой и лицом от самого крутого пластического хирурга. Шестидесяти? Хм… Я, пожалуй, погорячилась. Тут с возрастом совсем не угадаешь. Но я готова целовать ей руки за то, что она скинула градус нашего напряжения. Во всяком случае, моего. Напряжение Тагира мощными пульсациями давало о себе знать, продолжая упираться в мою поясницу.

— Вам какой, молодые люди? - обращается она к нам, полуобернувшись.

— Двадцать четвёртый. - ледяным тоном режет Зайкалов.

— Отлично, я на следующем.

— Это всего лишь секундная передышка, Оленька. - шепчет он, ведя языком по шее, накрывая ладонью грудь, перекатывая сосок между пальцами.