Книга Олимпиада. Мои секс-истории, страница 41 – Лучия Мун

Пытаюсь придумать как это сделать. Как предложить свой зад самой того не хотя?

Да ну их, нафиг! Не буду париться!

В конце концов, я иду сюда веселиться. Пускай девчонки батрачут, я буду кайфовать!

Ведь главное в любой ситуации — отношение к ней. И если для девчонок это — работа, то для меня — яркий отдых, возможность потусоваться с парнями и получить за это бабла.

Садимся втроем и едем, розовая идиллия, конфетный рай. Водитель такси аж присвистнул, увидев троих одинаковых — блондинок в розовом и на высоких каблуках.

Перед входом к парням останавливаемся, проверяем как выглядим и желаем друг дружке бобра. Такое между девчонками принято, важно поддерживать друг друга, тем более если общие дела.

— Привеееет, — улыбается парням Лина. Мы с Варей повторяем, растягивая улыбки до ушей.

Эх! Скоро растягивать придеться совсем другое. С одной стороны я люблю это, но с другой…

Я сама себя не понимаю, ловлю на странных мыслях непонятно о чем. Вроде хочется секса, но не простого. Чтобы со связыванием, принуждением, наказанием, но…

Опять в мыслях Господин.

«Ну за что мне это?»

Сколько можно вспоминать о том, кто обо мне позабыл. Он не пишет и не звонит мне, значит, не помнит. Хотел — написал бы, но он молчит.

— Дооолс, — качок под два метра ростом называет нас куклами. Рыжеволосый, взгляд ледяной.

Что же, мы и вправду на кукол похожи, все трое — на одно лицо. Мейк одинаковый: алые губы, румяна, томные стрелки в духе смоки айс.

— Вау, фанни гелс, — появляется следующий. Он смотрит на нас довольно, значит, все хорошо. — Вэлком!

Разрешают не разуваться, а потому прямо в туфлях проходим.

Немаленький номер, двухкомнатный. По центру — кровати, пока еще застеленные и ровные, но совсем скоро их будет не узнать.

Парней пока трое, обещано пятеро. Остальные, видимо, скоро придут.

Лина что-то лопочет на английском, а я смотрю на лица парней. Они едва понимают о чем она. Кажется, английский им не родной. Между собой говорят на грубом дерганом. Кажется, немецком, но не факт.

— Дриньк? — рыжеволосый предлагает выпить. Утвердительно киваем, хорошее спиртное — возможность расслабиться самим и расположить парней. Вместе с нами они выпьют больше, а значит будут добры.

Игристое вино! Что же, некрепко. Пьем, веселимся, смеемся и заводим парней.

Один подсаживается между нами и начинает обнимать. Лезет ко мне под юбку, лапает между ног. Раздвигаю ножки пошире, обнимаю и стараюсь поближе прильнуть к нему.

Два других не торопятся, а мой, рыжеволосый, уже начинает трогать мою щель. Пока через трусики, но уже приятно. Сдерживать стон страсти я уже не могу.

— Ммм, — и я откидываю голову. Трогаю пальцем его шею, провожу ногтем вниз.

Слышу, как Лина смеется. Краем глаза смотрю, она уже села между парней и начала их соблазнять.

Не сказать, что парни страстные. Мой рыжеволосый — хоть куда, а те двое, похоже, стесняются.

Варя примкнула к Лине, вдвоем они пытаются их разогреть. Хотя бы на скромные ласки, а то парни уж слишком холодные. Может мало спиртного, а может они ждут прыти от нас?

Я ложусь на спину и не свожу глаз с парня. Тяну к нему руку и зазывно смеюсь. Приподнимаю вверх ножки, сияя золотом туфель. Направляю каблук в его сторону и едва провожу по груди.

Переворачиваюсь на живот и встаю раком. Задорно кручу попкой и тут же ложусь на бочок.