Онлайн книга «Олимпиада. Мои секс-истории»
|
Чем не запуганная лань, которая только варит, моет и стирает? Чем не лохушка-колхозница, бесконечно сидящая дома, не высовывая нос? Злоба меня распаляет, но я пытаюсь успокоиться. Надо встретить его ласково. Чтобы он поверил и… А дальше уже все расписано. Я давно себе это представляла. Просто не думала, что исполню. Но раз он звонит сам… Раз сам хочет… Кто я такая, чтобы ему помешать? Пару пшиков легкого парфюма, крем на лицо и на руки. Прячу смазку, которая нам пригодится. Кладу туда же где новые игрушки, купленные для него. Звонок! Ну все, поехали! Похоже, я тоже стала Гагариным. * * * — Привет. Меня как резануло. Я услышала его голос и все — вспоминания живо поплыли перед глазами. Как я дома стираю-готовлю, мою и убираю, а вечерами получаю скучный секс на пару минут. — Привет, — стараюсь не выдать себя интонацией. У меня уже все готово. Важно действовать по плану и не сходить с намеченного пути. — Идем, — говорю я и завожу его в спальню. Мне кажется, он не верит своему счастью. Надо сделать так, чтобы поверил. Он садится на кровать, я саживаюсь на колени и смотрю ему в глаза. В его противные глаза, где страсти и жажды секса нет и никогда не было. Глажу по голове и отвечаю на поцелуй. Он лапает мое бедро, я вздрагиваю, но тут же гашу в себе эмоции. Запахиваю посильнее халатик, чтобы не было видно моего БДСМ белья. Целую его в шею взасос и ложусь рядом. — Я хочу сделать тебе приятное… Он смотрит с недоверием. Но я тут же поясняю: — Массаж… И чтобы он точно поверил, сочиняю на ходу: — Я окончила курсы массажа. Он расслабляется, верит. Раздевается до трусов и ложится на живот. Блаженно смотрит на меня… Он еще не знает, какое «счастье» я ему приготовила. — Твои руки… Я нежно трогаю его худые конечности. Сразу вспоминаю мышцы Арнольда и понимаю, что без него я уже не смогу. — Ручки наверх и ляг ровненько. Ну что ты у меня какой? Целую его, глажу и как бы невзначай достаю наручники. — Хочешь? Он с безразличием смотрит на игрушку. — Да зачем… — Ну… так будет интереснее. — Это ты из той комнаты стащила, что на фотке? — Да… — говорю первое, что придет в голову. — Ну не знаю. Мне как-то пофиг. «Тебе вечно на все пофиг» — стучит в голове. Я снимаю с ноги чулочек и завязываю ему глаза. — Наташ, я тебя не вижу… «И не надо!» Он лежит на животе, я сажусь на него сверху и со всей силой прижимаю его к кровати. Целую в шею, шепчу нежные слова прямо в ухо и надеваю наручник сначала только на одну руку. Пристегиваю ее к изголовью кровати и то же самое провожу со второй. — Мне так некомфортно, Наташ! «А мне было комфортно с тобой, сволочь!» Тру ему спину, будто массирую. И замечаю вслух: — Твои ноги такие непослушные… Надо бы их связать! Он уже ничего не может поделать. Дергает руки на себя, но наручники не пускают. Я взяла особенно крепкие, те, которые не разорвать. Спокойно кручу узлы, привязывая его ноги к кровати и полностью фиксирую неподвижно. Звездочкой, как сказали бы знатоки, или крестом. — Зачем? Он пытаетя смеяться. Типа это все шутки, я же как всегда… Чего с меня взять? Теперь и руки фиксирую плотнее, веревкой. Уже без заигрываний и сюсюканий. Просто верчу узлы так, как умею. Без особых законов и прекрас. Он ничего не видит, а потому спокойно беру ножнички и разрезаю его трусы. |