Книга Бывшая жена, страница 23 – Марика Крамор

— Спишем твое молчание на шок, — он откидывается на спинку кресла. А оно даже не скрипнет! — Настя, ты очень красивая женщина. Интересная и привлекательная. Я бы хотел растянуть наш букетно-конфетный подольше, но у меня нет столько времени. Сама видишь, какой у меня график. Давай мы сейчас попробуем договориться. Озвучь сразу свои предпочтения и желания. А я учту.

Грубовато и бестактно.

Ольховский дергает бровью, точно знает: любая растеряется под его бешеным напором.

— Илья Захарович, я не привыкла к такому бесцеремонному обращению, — открыто смотрю в его глаза. — Я в мужчинах ценю деликатную настойчивость, уважение к другим. Тактичность и отзывчивость. Человечность, — подчеркиваю последнее слово.

Он слушает меня до жути внимательно, испепеляя тяжелым задумчивым взглядом.

Не перебивает, но когда я замолкаю, кратко поправляет:

— Илья.

— Что именно? — пытаюсь уловить направление его мыслей.

— Обращайся ко мне Илья.

И подается вперед, так резко, что я даже не успеваю отпрянуть назад. Его ладонь накрывает мои пальцы, сильно сжимает. И кажется, так зловеще…

— Мы же с тобой пытаемся договориться. Настя, у меня будет всего одно условие. Не нужно афишировать наши встречи. Пока что.

Мне так неприятно от его колкого взгляда. Хочется стереть с себя это неосязаемое касание. Честное слово, как наждачкой прошелся.

— Вечером я смогу выделить часа полтора-два на встречу. Если тебе будет удобно остаться у меня, утром водитель отвезет тебя куда попросишь.

Сказать, что я обомлела, — это просто промолчать. Креативно он отношения завязывает.

— Илья Захарович, — тяну руку на себя, но вокруг запястья — клешня Ольховского. И правда, вцепился, как краб. Не пускает. Освободиться не удается. — Вы, конечно, очень привлекательный мужчина. Серьезный. Высокопоставленный. И для кого-то это станет очень заманчивым и приоритетным. Но я от отношений жду другого, понимаете? Мне такой формат не подходит абсолютно.

— Откуда же ты знаешь, если еще никогда не пробовала?

— Я вам точно говорю. Отпустите, пожалуйста, мою руку.

— У тебя очень нежная кожа, — роняет он, словно и вовсе не слышал мою просьбу. — Как мне это нравится… Ты мне вообще нравишься. Вся... — тянет как змей. — Меня давно так не увлекала женщина.

Хрипотца в его голосе отрезвляет меня.

Это не необдуманное предложение. Он серьезен настолько, что мой отказ очень оскорбит Ольховского.

Страшно? Не то чтобы очень. Но неприятно — кошмар. Странным товарно-денежным отношениям никогда не суждено вытеснить настоящие искренние чувства, притяжение и интерес друг к другу мужчины и женщины.

— Ваше предложение задевает меня, Илья Захарович. Это не для меня.

— Я понимаю, что звучит неожиданно и, возможно, цинично. Но я не могу позволить себе такую маленькую слабость, как наслаждение собственным временем. Оно мне не принадлежит. Поэтому я и предлагаю сразу расставить точки над «и» и оговорить условия, другого на данном этапе я дать не смогу. Зато предложу многое взамен. Тебе нужно лишь немного под меня подстроиться. По-женски мягко. Я уверен, у тебя получится.

Он вальяжно поднимается, обходит стол. И… о боже, останавливается за моей спиной!

Его ладони уже давят на мои плечи, слегка массируя, вызывая мурашки. Ольховский дышит тяжелее. Он поглаживает меня, его правая ладонь скользит ниже, обрисовывает ключицы поверх одежды. Затем медленно-медленно следует наверх, рисуя на горле.