Книга Бывшая жена, страница 65 – Марика Крамор

Бросаю трубку, не дожидаясь прощаний. Огнев не из тех, кто тратит время на пустые любезности, особенно в такой ситуации. Смотрю на навигатор — сорок минут, если пробки не усилятся. Сорок минут... Сорок минут ожидания. Сорок минут неизвестности, которые тянутся, как вечность.

Хватаю ключи от машины, на ходу накидываю куртку. В голове тихо пульсирует бесконечное «Где?». Каждая секунда, каждая минута промедления равняется бесконечности.

Ресторан встречает меня уютной атмосферой и тихой расслабляющей музыкой. Контраст с бурей, бушующей внутри меня, оглушает. Огнев уже ждет за столиком в углу, его лицо выражает такую же сосредоточенность и напряжение, что и у меня. Рассказывает о своих контактах, о возможных зацепках, о версиях, которые уже прорабатываются. Слушаю, стараясь запомнить каждую деталь, каждую мелочь, которая может помочь нам найти мою Настю. Каждая надежда, пусть даже самая крохотная, как луч света во тьме. И вдруг:

— Самое важное, можно отследить местоположение по мобильному.

— Это точно реально? — настораживаюсь.

— Для меня — да, — отрезает Огнев.

— Но ее телефон у меня.

— Так не ее будем отслеживать. А Ольховского.

Огнев благосклонно дает мне лишнюю минуту осознать его задумку, но я не улавливаю.

— Нам и так известно, где он находится.

— Это сейчас. А когда он поедет к ней, мы направим все силы, чтобы незаметно проследить за ним.

Где-то здесь обязательно должен сидеть в засаде какой-то подвох.

— Но?...

— Но этот черт слишком умный, может сбить с толка и заставить нас потерять его след. Как-то ведь твою жену вывезли из дома, где стоит система видеонаблюдения. А его телефон — это негаснущий маячок. Есть только один момент.

Огнев внимательно на меня смотрит. Сурово и непоколебимо.

— Ольховский может отключить телефон, — догадываюсь я.

По реакции собеседника я понимаю, что для нас этот вариант не самый благополучный.

— Именно.

— Что от меня требуется?

— Быть начеку и на связи в любое время.

Я киваю, соглашаясь. Внутри меня разгорается огонек слабой надежды.

— Как только местоположение Ольховского начнет меняться, я получу сигнал. Будь готов сорваться в любую минуту. — И еще, — добавляет он, вальяжно поднимаясь из-за стола. — Не вздумай геройствовать. Действуем строго по плану. Не стоит ломать дров.

— А план-то какой?!

— Пока просто ждем. Пока что Ольховский на виду.

Он уходит, оставляя меня наедине с моими мыслями и с этим «Не стоит ломать дров». В ресторане продолжает разливаться тихая музыка, но я ее не слышу.

Не могу найти себе места. Нервничаю. Уже несколько раз уточнил у Огнева, не поступало ли сигнала. НЕТ — неизменный ответ.

Уже смеркается…

С каждой минутой ожидание становится невыносимее. Я как натянутая струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения. Образ жены стоит перед глазами, и я не могу отделаться от чувства вины в том, что не смог ее защитить. Надежда, зародившаяся было, начинает угасать, сменяясь тревогой и страхом. А вдруг Ольховский что-то заподозрил? А вдруг он уже успел причинить ей вред? Эти мысли сверлят мозг, не давая сосредоточиться ни на чем другом.

Я снова проверяю телефон, убеждаясь, что звук включен на полную громкость. Каждое уведомление, каждое сообщение заставляют сердце подпрыгивать. Но это все не то. Тишина. Зловещая, тягучая тишина, которая давит на меня всей своей тяжестью.