Книга Мажор для заучки, страница 6 – Ника Черри

— Эй. — возмущается подруга, замахиваясь на какого-то парня. — Смотри куда прёшь!

Я потираю ушибленную коленку, а Глеб услужливо подаёт мне руку, помогая подняться на ноги, параллельно испепеляя взглядом сбившего меня с ног парня.

Тот лениво останавливается, постепенно замедляя ход, и неспешно оборачивается, роняя на меня нечитаемый взгляд.

— Жить будет. Ещё бы, встали на весь коридор, сама виновата. — он и не думал извиняться. — Аспиранты всё хуже и хуже с каждым годом. — бубнит себе под нос.

Сам то выглядит всего на пару лет старше нас, возомнил из себя профессора! В кожанке и рваных джинсах, чёрные волосы хаотично взъерошены, на лице небрежная недельная щетина. И часики на нём явно недешёвые, следовательно, деньги имеются. Точно не препод.

Наверное, какой-нибудь мажор, которому папочка-олигарх проплатил место в одном из престижнейших ВУЗов. Надеюсь, не аспирант, и больше мы никогда не встретимся.

Но красивый, зараза, просто донельзя, никогда таких не встречала. Глеб по сравнению с ним просто неотёсанный деревенщина со своим широким массивным подбородком. Этот же гад аристократически бледен, с изящными скулами и манящим обманчиво ласковым медово-карим взглядом. Смазливый до ужаса, и наверняка хорошо об этом осведомлён, раз так самоуверенно держится. От таких бабушка наставляла держаться подальше.

С каких пор я вообще обращаю столь пристальное внимание на противоположный пол? Неужели, когда Даша говорила про «недотрах», была права? Мне сейчас об учёбе надо думать вообще то, а не о мужиках и их соблазнительно перекатывающихся под кожей мышцах. Мне ещё научного руководителя для диссертации искать и на практику сюда устраиваться, дел полно и без романтики.

— Не хочешь извиниться? — с вызовом спрашивает Глеб, сжимая кулаки до побелевших костяшек и играя желваками.

— Не хочу. — бросает в нас пренебрежительным тоном наглец и спешит удалиться, слившись с толпой. — Больно много чести.

Глеб с Дашей в унисон покрывают матом смазливого мажора и помогают мне собрать вещи из сумки, разлетевшиеся по полу от удара.

Ну вот, пудра раскрошилась, придётся новую покупать.

Я аккуратно протискивалась между длинными рядами кресел актового зала университета. Дважды отдавила ноги незнакомым мне преподавателям, чувствуя себя ужасно неловко и постоянно дико извиняясь. Как там по этикету положено проходить перед сидящими людьми, передом или задом? Как ни крути, получается непристойно.

— Вот ты где, чего так далеко села? — недовольно бурчу на подругу.

Теперь уже Даша заняла мне место в самом центре. Понимаю почему, отсюда открывается отличный вид и на сцену, и на присутствующих.

Сразу заприметила чёрную лохматую макушку того мажорчика, толкнувшего меня в коридоре, сейчас гогочущего во весь голос рядом со своим дружком-качком над какой-то наверняка очень тупой или пошлой шуткой. Сидят в пяти рядах от нас, ближе к сцене, но ржут так, что слышно на весь зал, притягивая взгляды окружающих к своим сомнительным персонам.

И если мужская половина преподавательского состава смотрит на них осуждающе, во взглядах женщин мелькает заинтересованность и какое-то… благоговение что ли. Раскрыли напомаженные рты и внимают каждому слову, улыбаясь. Что уж говорить о молодых, наивных, романтично настроенных студентках-первокурсницах, если взрослые образованные женщины ведут себя… мягко говоря неразумно.